Он не спеша оглядел веранду, ухмыльнулся и вальяжно подошел к столу Нахимовой. Сев на стул, он некоторое время молча смотрел на графиню, но та не отвлекалась от ежедневника и продолжала записывать.

— Спасибо, что согласились принять меня, Изабелла Владимировна, — наконец произнес парень. — Мой отец передает вам привет.

— Не обольщайтесь, Баскаков, я согласилась принять вас только по просьбе Надежды, — не отвлекаясь от книжки, ответила Нахимова.

— О, знаменитая Надежда. Тайное юридическое оружие князя Кузнецова. Слышал-слышал! Кажется, она недавно закрыла вопрос с Лондоном?

Графиня закончила писать, закрыла ежедневник и окинула Николая Баскакова пренебрежительным взглядом.

— Это уже не ваше дело, — официант принес чай и она аккуратно взяла чашку. — Чем я могу вам помочь, юный Баскаков?

— Слышал, у вас сейчас есть кое-какие, скажем так, трудности.

— Трудности? Что за трудности, можно поподробнее? — удивилась графиня. — Не понимаю, о чем вы. Не люблю все эти аллюзии и сравнения. Можно поконкретнее, а то у меня полно работы.

— У вас проблемы в роду. А я могу решить эти проблемы. И очень просто.

— Сразу перебью, — подняла руку графиня. — Зря стараешься, такие переговоры не твой уровень. Мне нечего тебе предложить, молодой человек, только соль и перец, — она пододвинула солонку с перечницей.

— Ох, графиня, вы не понимаете, — улыбнулся Баскаков. — Если вы отдадите Светлану мне в жены, то мой отец готов финансировать ваш род и обеспечить защитой, которой у вас в данный момент не так много. Разумеется, не считая военных заводов.

Он достал ручку из золота и начал записывать цифры на салфетке. Графиня продолжала небрежно смотреть на него. Баскаков закончил и пододвинул салфетку, но Нахимова даже не взглянула на цифры.

— И это только в первую неделю, — добавил Николай и поправил свои белокурые идеальные волосы.

— Баскаков, ты не купишь мою дочь, — улыбнулась она. — В любом случае еще несколько нулей не хватает. Может, столько стоит верность твоих друзей, но для меня это поход в магазин за продуктами.

Баскаков некоторое время смотрел на нее и улыбался. Все же он долго репетировал эту улыбку перед зеркалом.

— Графиня, — начал он, мило прищурившись. — Вы потеряли нюх. Ваша экономическая специализация подверглась критике. Но вы продолжаете смотреть на меня свысока? Если вы не в состоянии управлять наследием своего мужа, то всегда найдутся те, кто может сделать это куда лучше. Все же ваше здоровье не позволяет всецело заняться родом. В конце концов, рано или поздно с вами может что-то случиться. А это недостойно, это ниже вас, графиня. А я делаю вам одолжение. Это большая сумма.

Нахимова подсыпала себе сахару и попробовала.

— Юный Баскаков, — вздохнула она. — Давай я тебе расскажу сказку. Жила-была одна лиса.