– Я встречался с ним лично Мария, – тут же развеял ее надежды Виктор, – когда передавал код на открытие депозитной ячейки с деньгами, – он слегка приподнял уголки своих губ, обозначив тем самым легкую улыбку, хотя Маше показалось, что мужчина ухмыляется. – И поэтому, когда увидел его фото в вашем деле, то узнал, и сразу же доложил об этом Игорю Андреевичу.

– Моем деле? – растерянно перевела взгляд Маша на Солейко, не совсем понимая, о каком деле идет речь.

– Вот так Мария, – развел руками Солейко, серьезно посмотрев Маше в глаза, – если бы я не заинтересовался вами, то и не узнал бы о том, что человек, который помог мне выиграть тендер на государственный заказ, сидит в тюрьме, а его жена находится практически на рабском положении у моего конкурента.

– А почему вы мной заинтересовались? – с удивлением спросила она, посмотрев на Солейко, и проигнорировав его реплику о «рабском положении». Ей почему-то претило это слово, особенно учитывая то, что она сама на это пошла и была уверена, что вполне могла отказаться, если бы не ее второе «я».

– Мария, – вдруг рассмеялся Игорь, а вслед за ним и Виктор.

Маша же ничего смешного не видела, она переводила хмурый взгляд с одного мужчины на другого. Она ни капельки не расслабилась и находилась в очень напряженном состоянии.

Она пока не знала, что делать ей с информацией, которую она получила. Ей нужно было все обдумать – одной, в тишине.

Мужчины же поняли, что Маша не собирается поддерживать их веселье и успокоились. Причем Виктор успокоился в тот же момент, что и Игорь. Маша вообще не была уверена, что Виктор веселился по-настоящему, ей показалось, что он просто готов был поддержать своего босса во всем, и ловил буквально каждый намек на любой его жест или эмоцию. Взгляд же его всегда оставался не просто холодным, а словно безжизненным. Будто это и не человек вовсе, а робот.

Солейко отсмеялся и с некоторым удивлением уставился на Марию, будто она невиданный зверек в зоопарке.

– Вы действительно не понимаете, почему я вами заинтересовался, – он не спрашивал, он утверждал это.

– И я не вижу ничего в этом смешного, – почти сквозь зубы процедила Маша, чем вызвала очередной приступ смеха у Солейко.

Она еще сильнее нахмурилась, стараясь скрыть свою злость. Ей было неприятно, что над ней смеются, да что говорить, это очень сильно задевало ее самолюбие. Ситуацию ухудшало еще и то, что она никак не могла понять, в чем причина этого веселья. Хотя нет, Виктора она понимала, тот будет делать то же, что и Солейко, он все же ему деньги платит. Но вот Игоря она так понять и не могла….