Переделанный «Егерь» Крамцова поразил в самое сердце, равно как и остальных из его команды, дальше все было проще. Выяснилось к тому же, что его группа в основном за счет трофеев и живет, ну и того, что в Москве добывает. А уничтожение работорговцев будет примерно оценено командованием «Пламени» — тем самым Пантелеевым, который начальник разведки, ну и человек хороший. Кругом выгода. А народ они в большинстве своем молодой, легко на всякий риск идут.

Добило их то, что мы пообещали разведку бандитской банды на них отписать. Игорь сначала покочевряжился, но я его убедил, когда о главном рассказал.

Пусть ребята очки с трофеями заработают, а мы вроде как взрослые, уже на другом уровне свою прибыль изымем. Не надо мелочиться: жадность фраера губит.

А меня в этом деле больше интересовало другое, оно же и то самое главное. Нет, естественно, банду извести желалось до зубовного скрежета — я ведь человек нормальный, с правильными рефлексами. У меня на такую нечисть идиосинкразия в тяжелой форме и жажда крови удивительная прорезалась. Но тут появлялась возможность попутно сшибить птицу покрупнее.

Пленный нам поведал задушевно, что рабов скупает Колено. Тот самый, что в Медном квартирует. Именно тот самый, что ржевскому анклаву первейшая головная боль со своим стратегическим положением. И вот скупает он рабов — и увозит на свои торфяные разработки. И при этом всегда выезжает на прием «товара» сам, никому больше не доверяет. А делается это все в месте безлюдном: не любит ни одна банда такой бизнес светить, так что…

Я даже пленному после допроса обещание дал отпустить, если все пройдет как надо.

— Не кинешь? — спросил тот с подозрением и даже недоумением, потому что искренне полагал, что рассчитывать может лишь на одну награду — быструю и легкую смерть.

— Нет, — ответил я. — Обещаю. Более того, отпущу не голым, а дам все, что на тебе было, и ствол, и патроны. Дойдешь куда-нибудь — выживешь, не маленький. Машину найдешь: не проблема теперь.

Тот даже глаза прикрыл, вздохнул нервно, сказал:

— Поклянись.

— Чтоб мне сдохнуть, — сказал, в глаза ему глядя. — Отпущу.

Я правду сказал, обмана не подразумевал. От него одного большого вреда не будет, да и не станет он в этих краях судьбу пытать — наверняка подальше свалить попытается: от случайных встреч с теми, кто поймет, кто всех сдал.

Но если с его помощью завалим Колено… для меня это бо-ольшой плюс будет во Ржеве — это уже репутация, та, которая влияет на положение. Меня потом с постамента уже ломом не сковырнуть.

— Ладно, тогда чего сопли жевать — давай план рисовать, — сказал Игорь, придвигая к себе разрисованную с показаний пленного схему коттеджного поселка.