— Кто? — переспрашиваю я.

Парень решает взять дело в свои руки.

— Меня зовут Мигран Тахаев. Я Вами совершенно очарован. И практически заставил Самира подойти к Вам.

Ну, правильно, Дзагоев еще не выжил из ума и помнит полуголого Платона у меня дома. Такая, как я — не пара этому гордому горному орлу.

— Простите, имя не расслышала — Вы сказали — Мигрант? — переспрашиваю я, не удержавшись от мелкой пакости.

Самир хмурится. А вот Тахаев — нет. Он хохочет, да так искренне, что мне становится стыдно за свою грубость.

— А Самир предупреждал, что Вы — колючка. Но очень красивая.

Видимо, про Платона Дзагоев ему не рассказывал.

— Я вижу, Вы поладили, — с этими словами Самир сливается, оставив мне этот восточный подарок. Который, к моему сильному удивлению, оказывается весьма воспитанным и дружелюбным.

Но что мне с ним делать? Парень сыпет шутками, ведет себя так, как будто мы тысячу лет знакомы. И вести его за стол к Давлатову, который сожрет его как ягненка, мне жалко. Да и тяжесть в груди от беззаботной улыбки уменьшается.

Мигран предлагает мне прогуляться в зимний сад, который здесь есть. И мы, забрав верхнюю одежду, долго там гуляем, любуясь заснеженными дерявьями, оплетенными разноцветными гирляндами, и ледяными скульптурами."

"Я слушаю его и невольно вспоминаю себя — такую же беззаботную. До того как вляпалась в несчастье под именем "" Платон Хромов"". Слушая Тахаева, всей душой хочу снова стать такой. Только не знаю, смогу ли.

Единственный неловкий момент возникает, когда Мигран решает спросить:

— Кто это был, тот парень?

Я понимаю, что он спрашивает про Платона, но решаю изобразить дурочку.

— Какой?

Здесь я обнаруживаю, что Мигран Тахаев может быть совсем другим. Серьезным и вдумчивым.

— Тот, который стоял возле тебя, когда мы с Самиром подошли.

— Никто, — сухо роняю я., желаю уйти.

— Хорошо, что не жених, — замечает он.

Как никогда, кстати, раздается звонок сотового.

И это даже не мама. А сам Сергей Владимирович.

— Лена, мы уезжаем. Ждем тебя на выходе у автомобиля, — как всегда одна конкретика.

— Тебе пора, — не спрашивает, а утверждает Мигран.

— Да.

— Я провожу.

Не спорю. Мы идем из выхода зимнего сада. Я вижу нашу машину. И Сергея, и маму. А еще родителей Платона. Его самого с банкирской дочкой. И, очевидно, ее родителей. Что они там все собрались. Больше места не было?

Я цепляюсь за локоть Миграна сильнее, потому что скользко. Он поддерживает меня за талию. И именно этот момент выбирает Платон, чтобы посмотреть в нашу сторону.

Его глаза вспыхивают яростью.

Несмотря на то, что он приобнимает свою белобрысую мымру.

Платон

Странная компания собралась на выходе из ресторана. Давлатов с женой, мои родители, Пономаревы. И я в обнимку со Светкой.

Давлатовы ждут Лену.