Он твердый, а кожа горячая. И наверняка твердый не только там, где я вижу.

Но морок, в который я сама себя погружаю, разбивает холодное:

— Пошла вон!

И я не спрошу, почему. Меня даже не удивляет, что я это слышу. Я всё знала, когда шла сюда. Когда позволяла ему возможное и невозможное.

Я не спрошу, что случилось, потому что Платон ошибается. Ошибается во всём. В причинах, что привели меня к нему. Ошибается в том, что будет после. Ошибается во мне, считая меня глупой курицей.

Ему многое предстоит узнать."

"А самое главное он ошибается в том, что я для него ничего не значу. Я могу легко его переубедить. Стоит мне протянуть руку и коснуться выпуклости в его штанах. Мужчины на самом деле такие слабые.

Только я не буду.

Я развернулась и направилась к выходу из квартиры.

Вслед раздается ядовито-насмешливое:

— Стой, трусы забыла.

Не оглядываюсь.

— Оставь себе на память, мальчик.

Захлопываю за собой дверь со стуком гильотины.

Он думает, что знает, что сделает сейчас. Но его ждет жестокое разочарование. И меня тоже оно настигло.

Зачем было лететь на огонь?

Смотрю на экран сотового уже на улице, направляюсь к машине. Начало восьмого утра. Платону совсем не спалось.

Ветер обдает холодом голые ноги и настырно лезет под платье. Запахиваю куртку и спешу к автомобилю. Ныряю в теплый салон.

И жду. Дам Хромову единственный шанс. Смотрю на экран своего телефона. Скорее всего, он попытается слить видео с телефона. Но может и с компьютера.

Напряжение поднимается волнами, раскручиваясь словно цунами.

Сердце стучит как заведенное.

— Ну, пожалуйста, не надо, — шепчу я пересохшими губами.

Но вселенной нет никакого дела до моих желаний.

Мне приходит уведомление, что видео этой ночи пытались куда-то отправить. А потом, когда не получилось, выложить на сайт.

Мне становится все равно. На меня спасительным облаком опускается безразличие.

Секунду разглядываю картинку с красочным «факом». Потом отправляю ее Платону. Вместе с вирусом, который уничтожит все, что Хромов наснимал. А еще с пульта отправляю команды на видеокамеры, на которых мы установили специальные устройства, чтобы их полностью вывести из строя.

Теперь видео осталось только у меня.

Еду домой. Не раздеваясь, сажусь за компьютер. Загружаю файл. Не хочу, чтобы его видел кто-то посторонний. Это только моё. Личное.

Безучастно, как сторонний наблюдатель вырезаю самые подходящие кадры Платона.

Сбрасываю их Гене.

От него приходит ответ: ""За пару часов управлюсь.""

Но у него получается даже быстрее. С удивлением смотрю ролик. Это ж надо так уметь! Даже у меня не возникает ощущения, что это монтаж.

На экране точно Платон. Именно в его голый зад задвигает свой впечатляющий орган негр. Ох, Гена и фантазер же ты! Саркастическая усмешка трогает мои губы.