— Как Вам будет угодно. Подписывать ничего не буду.

Она хищно улыбается:

— Это уже как Вам будет угодно.

В кабинете появляется адвокат, предоставленный мне государством. Пробую протестовать, предлагаю вызвать другого защитника, так как в состоянии оплачивать его услуги. Меня не слышат. Ни следователь. Ни судья. Арест проходит быстро. И вот уже конвой везет меня в СИЗО, как и обещал лысый."

"Я в курсе, что статья 131 Уголовного кодекса — позорная. И представители уголовного мира не особо жалуют тех, кто попал в тюрьму по ней. Так что не думаю, что мне будут особо рады за колючей проволокой. Меня ведут вдоль металлической сетки, из-за которой на меня скалятся сторожевые псы. Прохожу необходимые процедуры, и меня с почестями провожают в камеру. Здесь меня должны ждать. Народу немного, человек шесть всего. Понятия не имею, как себя надо вести. И обзаводиться подобными знаниями я не планировал.

Поэтому просто иду к свободной кровати. В конце концов, в этом учреждении у отца больше возможностей мне помочь.

— О, как! Здороваться, парень, у тебя не принято? — обращается ко мне мужик лет шестидесяти.

Весьма приличный на вид, как ни странно.

— Почему же? — деланно удивляюсь, — День добрый!

Голос звучит с некоторой долей сарказма. Причин опасаться за собственную жизнь пока не вижу. Если же что, то пожалуй я из сидельцев парочку на тот свет все же прихвачу.

Ловлю на себя цепкий взгляд карих глаз. Меня разглядывает практически мой ровесник. Может, лет на пять постарше. Коротко стриженный, в футболке. На жилистых руках полно татуировок. Они, наверняка, что-то значат, но осваивать и эту премудрость мне ни к чему.

— Добрый! — отвечает он мне с усмешкой, — И за что ж ты к нам, важный гость? Или тебя по ошибке сюда посадили?

Я так понимаю, он уже знает, и кто я, и почему здесь.

Да и вообще врать, трусливо поджав хвост — так скоро сам себя уважать перестану.

— Статья 131, - отвечаю и наблюдаю за его реакцией.

— Нехорошая статья, — роняет он медленно, — Я б такой гордиться не торопился.

Я и не горжусь. Более того, я чувствую себя последним дураком из-за того, как все случилось. Девочка Ирина выросла. И не очень выбирает способы достижения целей. Хотя я сам от нее тоже недалеко ушел.

— А тебя сюда за достижения в труде и спорте определили?

— Мирон, новенький, кажется, нас не уважает, — замечает еще один обитатель камеры.

Он поздоровее того, к кому обращается. Но и потупее.

— Ничё. Я его сейчас вежливости поучу, — за секунду он оказывается возле меня и, видимо, мой внешний вид привел его к ошибочному выводу, что он легко одержит верх.

Дальше в камере раздаются звуки ударов и мат, причем в драке не принимают участие Мирон, старик и еще один заключенный. Остальные трое решили оторваться по полной.