— Что ты делаешь? — спрашиваю я, нервно облизывая губы.

Никто из них не отвечает, и у меня вот-вот подогнутся колени. Мое сердце бьется где-то в горле, а кровь шумит в ушах. Свет выключается, и я глубоко вдыхаю. Он снова загорается, и они исчезают.

— Что? — я кружусь по кругу, но в зеркалах не вижу ничего, кроме себя.

«Были ли они здесь на самом деле? Или это была иллюзия зеркал?»

Свет начинает мигать красным и синим, совсем как в коридорах, и чья-то рука хватает меня за шею. Я пытаюсь закричать, но по обе стороны моего горла сжимаются пальцы, и мне не хватает воздуха. Меня отрывают от земли и толкают назад. Меня хватает кто-то другой и поднимает мне руки над головой. Что-то обвивается вокруг них, и я уже вишу в воздухе. Мои пятки едва касаются пола.

Рука исчезает с моей шеи, и я наклоняю голову вперед, пытаясь отдышаться.

Я борюсь в оковах. Мое тело качается из стороны в сторону, и я знаю, что они прикрепили меня к свисающим с потолка цепям. Звук их лязга от моих движений эхом разносится по комнате.

— С-ин? — задыхаюсь я, все еще пытаясь унять бешено колотящееся сердце.

Я оглядываюсь по сторонам, но чертовы огни все еще мигают и ограничивают мое зрение. Я чувствую, что меня сейчас стошнит, поэтому закрываю глаза.

Меня хватают за ноги и широко их раздвигают. Что-то обхватывает и их, как и мои запястья, и через несколько секунд я не могу их сомкнуть.

— Пожалуйста? — хнычу я, дрожа всем телом.

— Но это то, чего ты хочешь, Элли, — шепчет он мне на ухо.

Я вздрагиваю, когда чувствую его руку на своем плече, убирающую с шеи мои волосы, чтобы они легли по всей спине.

— Я просто хочу воплотить твои фантазии в жизнь.

Я открываю глаза, и все вокруг погружается во тьму. Затем снова загорается яркий свет, заставляя меня моргать. Все трое стоят передо мной. Тот, что крайний справа, держит в руке ремень. Он не совсем обычный. Он такой длинный, что растекается по полу у его ног. У того, что посередине, на шее висит цепь, ниспадающая на плечи. Он сжимает ее руками с обеих сторон. У того, что слева, у ног стоит рюкзак. И это пугает меня больше всего, потому что я не вижу, что там внутри.

Тот, что посередине, с цепью, идет ко мне. На его лице маска без кожи. Я запрокидываю голову назад и кричу так громко, что у меня горит горло.

Он заходит мне за спину и оборачивает цепь вокруг моей шеи. Затем тянет за нее, обрывая меня, и прижимается губами к моему уху.

— Будешь кричать, когда мы тебе скажем.

Он не лишил меня воздуха полностью, но ограничил его."

"Ко мне подходит парень с ремнем. Его зеркальная маска разбита, на ней трещины, как будто кто-то ударил по ней бейсбольной битой. В ее осколках видно мое отражение. Я вижу, что мой макияж размазался от слез. Парень молча склоняет голову набок.