О шансе доказать, что я сильнее сомнений… но как я могла это доказать, если с самого начала их не испытывала? А потом появился ты, первый мужчина, которого я когда-либо хотела, величайшее искушение. Сильный, опытный и такой сексуальный, что я едва могла говорить с тобой, не заикаясь.

Ее комплимент смущает меня, и это, наверное, должно шокировать, потому что были случаи, когда женщины называли меня Богом, героем или тому подобным безумием, чтобы залезть ко мне в штаны или бумажник. Но ничего подобного не происходит, потому что, как я быстро начинаю понимать, все, что касается Зенни, кажется, связано с другим набором правил, другими испытаниями.

Как будто мы с ней начинаем все сначала, и я понятия не имею, что говорить.

К счастью, мое молчание, похоже, ее не беспокоит, и она продолжает:"

"– И дело было не только в том, что я хотела тебя, хотя и это тоже. В смысле и сейчас желание не угасло. Но я знаю твое отношение к церкви, хорошо знаю, насколько ты искушенный и практичный человек, и что может быть идеальнее? Кто мог бы быть более идеальным для меня?

Она широко улыбается, глядя на меня, как отличница, которая только что дала прекрасный ответ, а я смотрю на нее сверху вниз, как учитель, который очень, очень старается подавить возбуждение, вызванное желанием к своей ученице.

– Зенни, ответ по-прежнему отрицательный.

Ее лучезарная улыбка сменяется вздохом.

– Так и знала, что ты все еще можешь сопротивляться. Все дело в Элайдже?

– К тому же ты молода. Моложе меня на целое тысячелетие. Знаю, в твоем возрасте это трудно понять, но такие мужчины, как я…

Зенни поднимает руку, чтобы остановить меня.

– Только не корми меня покровительственными речами о «порочной природе мужчин» или тому подобной ерунде.

Во-первых, это гендерная теория, которая устарела примерно на пятьдесят лет, и не более чем удобный предлог для тебя, чтобы не брать на себя ответственность, если не считать того, что она искусно исключает возможность того, что женщина тоже может быть развратной. И того, что ее бинарная концепция явно сомнительна.

Я моргаю. Действительно, отличница.

– Я бы не стала просить об этом, если бы не хотела, и могу заверить тебя, что так же способна на сексуальную страсть, как и мужчина.

К тому же, хочу сказать, что, помимо того, что я совершеннолетняя, у меня нет никаких иллюзий относительно того, что именно ты от меня хочешь. Ты очень ясно дал это понять в тот вечер.

Меня пронзает чувство вины, словно кинжал в сердце.

– Зенни, я…

– Не извиняйся. Мне это понравилось, мне понравилась твоя честность. Я сама просила об этом и сейчас говорю серьезно. Шон, я знаю, о чем прошу. – Она все так грамотно и четко излагает, что не могу с ней спорить, особенно, когда не особо хочу оказаться правым.