Но Андрей продолжил:

– Мочка левого уха у человека рваная, на верхней челюсти две золотые фиксы. Настоящая фамилия Гурин Григорий Никифорович, каратель.

– Не знаю такого. – Но дрогнул голос у вора. Знал он такого и, похоже, боялся сильно.

– Если мы его быстрее тебя найдем, пособником пойдешь по пятьдесят восьмой.

– А ты меня не пугай, начальник!

Приоткрылась дверь, заглянул амбал:

– Тут пришел…

– Закрой дверь! – повысил голос вор.

Наверное, не хотел, чтобы амбал произнес фамилию или кличку пришедшего.

– Гурин этот хотя бы где живет? – поинтересовался Андрей.

– Откуда мне знать?

Вор отхлебнул из кружки пиво, достал из кармана коробку папирос «Герцеговина Флор». Явно на зрителя рассчитывал, потому как папиросы были дорогие, не «Беломор» какой-нибудь. Не спеша затянулся, пустил колечки вверх.

– Не хочешь говорить, – подвел итог встречи Андрей. – Я все равно Гурина этого возьму, а через его показания и тебя привлеку, ты уже несколько лет лишних на свободе топчешься.

Андрей поднялся. Получалось – не только время потерял, но вор узнал об интересе милиции к персоне Гурина и при встрече ему сообщит.

Наружное наблюдение к вору бы приставить, топтуны бы вывели на контакт, проследили за Гуриным. Только когда эта встреча будет? Может, через месяц. К тому же в райотделе топтунов нет, только в крупных городах такие отделы. А милиционеру следить бесполезно, райотдел невелик, двадцать три человека, их местные уголовники в лицо знают. Быть же толковым топтуном или, как звали их до революции, филером, непросто. Если за объектом наблюдения следовать несколько часов, топтуна приметят. Поэтому «вели» объект грамотно, издали. Периодически топтун мгновенно преображался. Заскочив в подворотню, менял парик, наклеивал усы, надевал очки. Минута, и из подворотни выходил другой человек. Кроме того, у каждого топтуна обширный гардероб, подбирается долго и тщательно. Иной раз одежду специально шили у хороших портных. Не для того, чтобы на фигуре модно сидела, а двусторонняя. Скинул пиджак серого цвета, вывернул наизнанку, а он синий. Такую одежду берегли, как и аксессуары, вроде портфелей, сумок, зонтов, очков. И на работе у такого топтуна целая грим-уборная, похлеще, чем у актеров театральных. Саквояжи, пудра и набор париков, накладные бороды и усы, бородавки, носы. А еще походку изменяли, применяли складные трости. Хороший топтун вычислить себя не даст. Если смотреть объекту в спину или затылок, наблюдаемый взгляд обязательно почувствует, приглядываться к попутчикам начнет, насторожится. Топтун боковым зрением ведет, на лавочке газетой прикрывается. Целая наука, только нет таких учебных заведений, где ее изучают. Только опытные топтуны новичкам навыки передают.