А дома Марфе лучше будет, — теперь Варвара Глебовна снова обернулась к мужу. — Учитывая, в каком она… состоянии. Марфушку уже скоро должны отпустить, так что ждем — и забираем домой. Спасибо тебе, Ромочка, — Варвара Глебовна опять обернулась к нему, погладила по руке, точно так же, как у Тихона Аристарховича, сжатой в кулак. — Спасибо, родной, что оказался радом и помог."

"— Пожалуйста, — словно со стороны услышал Роман свой голос. — Только Марфу домой забираю я.

— Ты?!

— Тиша, тише! — Варвара Глебовна снова положила руку на кулак мужа. — Рома, да ты-то ко всему этому каким боком?

— Это мой ребенок. Был.

Если бы не обстоятельства, то можно было бы даже посмеяться над тем одинаково потрясенным выражением на лицах супругов Тихих.

— Та-а-ак… — начал медленно вставать Тихон Аристархович. А потом направление его взгляда, а следом и выражение его лица переменилось. Рома резко обернулся.

В белом проеме стояла Мрыся.

Да разве же можно ей в таком состоянии…. С таким лицом — белым, как дверной проем, с темными тенями под глазами, со скорбно поджатым ртом… Такой вдруг разом растерявшей все свое «Я Марфа, я взрослая!» и ставшую почти девочкой… Разве же может она такая сама стоять?! Ведь едва на ногах держится!

Тихон Аристархович тоже шагнул вперед, но обогнать Рому было невозможно. Секунда — и Роман уже оказался рядом с Марфой и подхватил ее на руки.

— Батя-два, дверь откройте, пожалуйста.

— Так, сын-три, по-моему, ты зарываешься…

— Тиша, и в самом деле, помоги-ка дверь открытой придержать.

Супруги Тихие вдвоем придерживали дверь открытой, пока Рома аккуратно проходил через нее. Мрыся прятала лицо на его груди и крепко обнимала за шею.

***— Господи, какой кошмар! — Полина Алексеевна Ракитянская нервно ходила из угла в угол своего кабинета. Потом резко остановилась. — Варюшка, кофе хочешь?

— Чаю хочу. Пятнадцатилетнего, — мрачно пошутила Варвара. А потом махнула рукой. — Давай свой кофе.

Варвара проводила взглядом вышедшую в приемную подругу. Все такая же стройная, как и двадцать пять лет назад. Ничего ее не берет.

Ведьма.

— Держи, — руки у Полины дрожали, и кофе слегка окропил коричневым блюдце. Полина сделала первой обжигающий глоток. И заговорила тоже — первой, крепко сжав пальцами ручку кофейной чашки. — Выходит, Варь, у нас мог бы быть общий внук…

— Выходит, мог бы… — согласилась Варвара и тоже пригубила кофе. Поморщилась горячей терпкости напитка. — Но не сложилось.

— До сих пор поверить не могу… — Полина покачала головой. — Ох, Ромка, Ромка… Что делать-то будем, Варь?

— А что мы тут можем сделать? — пожала плечами Варвара.

— Он же задурит девчонке голову! Вот задурит, точно тебе говорю!

— Так, я не поняла, — Варвара отставила чашку.