По выходе из ваннной снова обнаружила пропущенные звонки и сообщение от Никиты:

«Не хочешь со мной говорить?»

Я закатила глаза. Да-да, говорить уж точно с Мечниковым не хотелось, но не станем же мы бегать друг от друга? Тем более, что поговорить уже сегодня придётся, если только Ник не передумает и опять не помчится под бочок своей Надин…

«После работы. Сейчас бегу в офис», – ответила я и принялась собираться.

«Фил уже мне звонил. Ждёт тебя», – прочла перед тем, как выйти из дома и, вздохнув, решила, что на этом наша переписка с мужем, пожалуй, завершится.

Отсутствие завтрака дало о себе знать неприятными ощущениями в области желудка. Однако если бы я задержалась на лишних полчаса, чтобы выпить кофе и съесть бутерброд, сама бы себя сожрала с потрохами из-за неудобства перед Драгунским.

Он очень мне помог в своё время, когда доверил встать в один ряд с самыми важными людьми его фирмы. Я считала себя весьма амбициозной и готова была работать, не покладая рук, но отчего-то ставили меня в других местах на очень низкооплачиваемые должности. А мне хотелось быть наравне с Никитой, чтобы он однажды не решил, будто тащит на своих плечах неподъёмный груз в виде фиктивной жены. Вот такая дурочка я была… А может, и оставалась ею до сих пор, ведь позволила же тому, что вчера случилось, произойти в моей жизни.

Подойдя к кабинету Филиппа Валерьевича, к которому пришла каяться по поводу опоздания, я нахмурилась. Сначала от того, что секретарша в приёмной отсутствовала, затем, когда услышала через приоткрытую дверь своё имя.

Драгунский говорил обо мне, причём обсуждение моей персоны происходило… с моим же собственным мужем. Именно его голос, немного приглушённый, я и услышала, когда подкралась ближе и прислушалась пристальнее.

–… Лизка расстроилась, конечно. Но я-то с нею честен! – вещал Мечников. – У нас сразу с ней уговор был: если сойдусь с Надькой, то разбегаемся.

– Но ты сказал, что разводиться с ней не хочешь, – ответил густой баритон Филиппа."

"Боссу не нужно было, например, кричать, когда его подчинённые «косячили». Он просто выговаривал им ровным безэмоциональным тоном, а сотрудники фирмы уже готовы были пообещать что угодно, чтобы только не гневать Фила. К счастью, мне ни разу не приходилось с этим сталкиваться.

– Пока не хочу, – ответил Никита после паузы, которая, как мне показалось, была наполнена сомнениями. – Но чем больше провожу времени с Надин, тем меньше мне хочется думать о других бабах… включая Лизу.

Это было… больно. Хотя казалось, что мой предел подобных чувств уже давно достигнут. В этом я ошибалась.

Инстинктивно сделав то, что первым пришло в голову, я чуть толкнула дверь в кабинет Драгунского.