– Как дела? – спросил он участливо.

– В порядке, – соврала в ответ.

Фиктивный брак, как он есть. И таким, наверное, и должен был быть с самого начала, чтобы сейчас мне не было настолько больно.

– Хорошо, – ответил Никита и стал переодеваться.

Я очень старалась сдержаться и не задать следующий вопрос, но у меня это вышло откровенно плохо. Когда Мечников остался в домашних спортивных штанах, я выпалила:

– Сегодня останешься дома?

Ник кивнул.

– Да. Я надеюсь, что мы просто спокойно поговорим и всё решим. Сгоняю в душ и вернусь, – уведомил он меня.

Муж ушёл, а меня охватила уверенность в том, что сегодня у нас всё и закончится. Сейчас Мечников просто вернётся, сядет на край постели и проговорит что-то вроде: «Я всё обдумал, нам действительно лучше развестись и перестать играть в семью». И это было совершенно закономерно и правильно, только почему же так страшно становилось от одной мысли, что больше ничего не будет?

Когда же Никита вернулся, я решила начать беседу первой.

– Сегодня невольно стала свидетельницей занимательного разговора. Между тобой и Филом. Он не знал, что я слушаю… Да и закончил ваше обсуждение Надин и других баб быстро, но мне было достаточно того, что ты ему сказал.

Мечников замер, его глаза потемнели, и он подался ко мне.

– Лиз… Я имел в виду вовсе не это, – по-видимому, сразу поняв, о чём речь, заверил меня Ник. – Ты всегда останешься для меня очень важным человеком. И отношение моё к тебе не поменяется. У тебя своё место в моём сердце, его никто никогда не займёт.

Он подошёл, взял мои руки в свои горячие ладони, и снова всё будто бы стало так, как раньше. Однако прозвучали из его уст вовсе не убеждения в том, что Надя позади и он понял, насколько ошибся, когда с ней связался. Тихо, но уверенно, муж добавил:

– Я принял решение – честнее по отношению к тебе будет, если мы разведёмся. Я хочу быть с Надей, и это совершенно серьёзно.

Как бы я ни была уверена в том, что это случится, слова Мечникова не принесли ничего кроме ощущения, что мне между лопаток загнали клинок и теперь проворачивают и проворачивают по кругу. Несмотря на то, что мне было безумно больно и казалось, что сделать следующий вдох я уже не смогу, ответить Никите удалось абсолютно спокойным голосом:

– Хорошо. Я тебя поняла.

– Лиз…

Муж попытался задержать мои руки в своих, но я их высвободила и, отойдя, распахнула шкаф, после чего вытащила из него самый большой чемодан.

– Лиза, не надо! – взревел Мечников и бросился ко мне.

Мы вцепились в несчастный баул, каждый со своей стороны.

– Что значит, не надо? – заорала я на Никиту.

Черты его лица исказило такое выражение, в котором сквозили даже нотки обиды. Будто бы Мечникова в какой-то мере оскорбило моё желание прямо сейчас собрать вещи и уехать из нашего дома.