А потом, сам знаешь, они разбегутся, кто на вызов, кто еще куда, не соберешь всех и за целый день. Давай я сам съезжу с Женькой. А заодно и с охранником парковки поговорю.

– Правда?

– Конечно. Разумеется, я бы предпочел остаться и поучаствовать в разговоре с Соловьевыми. Или просто понаблюдать со стороны, в тишине нашего уютного кабинета. Говорят, эта Алина – неземной красоты девушка, сводящая мужчин с ума! Очень хочется убедиться лично, правдивы ли упорные слухи. Но на какие жертвы не пойдешь ради старинного друга!

– Тебе бы все шутить, – хмыкнул Лев.

– Без хорошей шутки жизнь скучна и безрадостна! – рассмеялся Стас. – Как пресный хлеб – вроде бы и полезно, но есть не больно хочется.

– Что спецы наши? Что-нибудь дельное сказали уже?

– Айтишники заявили, что диск сначала посмотреть надо. Выводы будут завтра утром, и то лишь предварительные. А подрывник просил фото с места происшествия и отчет патологоанатома. Они ему нужны, чтобы правильную направленность взрыва установить. Предварительно он сказать смог лишь одно: детали, которые использовали для устройства, самые обычные, через них выйти на кого-то вряд ли получится. Тем более что от самого устройства мало что осталось. На анализ взрывчатого вещества, а также принципа работы и конструкции устройства нужно время.

– Значит, пока ничего? – досадливо поморщился Гуров.

– Да, придется запастись терпением. И вообще, как по мне, ты слишком торопишься, мы ведь дело едва только взяли, – философски протянул Крячко.

В кабинете повисло сосредоточенное молчание. Станислав стал собираться на выезд, Гуров – готовиться к беседе с четой Соловьевых."

"Признаться честно, он предпочел бы поговорить с Алиной Соловьевой без присутствия ее мужа. Опыт подсказывал, что какими бы доверительными, хорошими или даже идеальными ни были отношения у людей в браке, у супругов часто бывают тайны друг от друга. И даже если нет никаких тайн, ожидаемо, что молодая женщина будет чувствовать себя менее скованно наедине со следователем. Особенно если он вынужден затрагивать во время беседы глубоко личные или неприятные темы.

С другой стороны, Гуров не мог настаивать на беседе тет-а-тет, для этого не было оснований, да и Соловьев мог расценить подобную просьбу неоднозначно. В конце концов, полковник решил, что сегодня он просто познакомится с главной свидетельницей по делу. Задаст основные вопросы и наметит ориентиры. И главное, попросит Алину составить список своих рабочих контактов. Во-первых, это гораздо удобнее сделать дома, в тишине и спокойствии, а не в достаточно нервозной обстановке следовательского кабинета. А во-вторых, у Гурова будет хороший повод для личной встречи, а значит, нового разговора.