А против обычных гвардейцев приходилось сражаться огнём и мечом. Все антимагические снаряды были подотчётны. Да и такое большое количество снарядов бойцам выделили лишь потому, что твари стали наседать на западную границу.

— Выполнять, — прорычал майор. — Всю ответственность возьму на себя.

Со стороны въезда в посёлок прибежал раскрасневшийся гвардеец. Остановился, как вкопанный, перед майором и приложил руку к груди, приветствуя старшего по званию.

— Товарищ майор! К КПП подъехал автомобиль. Желтое такси. Водитель требует, чтобы вы уделили ему пару минут.

— Гони его в шею. У нас здесь карантинная зона. Таксистам тут не место, — отмахнулся майор, краем глаза наблюдая, как артиллеристы тащат ящики с антимагическими снарядами.

Увы, бойцов Крынову выделили с гулькин нос. Две сотни гвардейцев в ранге воин. Таких в бой не пошлёшь. Максимум, что с ними можно делать, так это сидеть в обороне и надеяться, что поблизости не откроется новый разлом.

Да, у майора ещё имелись три десятка витязей, которые отступили с границы и только поэтому остались в живых. Но они были так изранены, что представляли из себя скорее балласт, чем ударную силу.

Проклятые Черчесов и Малышев оттянули на себя самые боеспособные части, и теперь границу от тварей затыкали абы кем. Это очень злило Крынова, ведь сам себя он считал достойным воином и командиром, а его вот так сослали к чёрту на кулички.

— Валентин Сергеевич, таксист просил передать что его позывной Гавр.

Услышав это, майор и сам не заметил, как непроизвольно расплылся в улыбке.

— Тупоголовый ты баран. С этого и надо было начинать, — без злобы сказал Крынов и спешно направился на КПП.

Спустя десять минут майор добрался до КПП, со стороны которого звучал громкий смех. Бойцы наставили автоматы на кучерявого двухметрового верзилу с густой бородой и виднеющимся из-под ворота рубахи шрамом на шее.

— Кругом стрельба, взрывы! Нам приказали эвакуироваться, ну мы ноги в руки и по машинам. Сел я, значит, за руль, кричу «Все на месте?», а мне в ответ, «Все тут. Трогай!». Ну я и втопил по газам. Метров двести проехал. Гляжу в боковое зеркало, а за нами командир бежит, — смеясь, рассказывал кучерявый.

— Ох ё… Не успел сесть в машину? — присвистнул гвардеец.

— Ну почти. Он за ручку, оказывается, уже взялся, а я в это время тронулся с места. Бежит, орёт в рацию, а хрен там слышно её. Взрывается всё вокруг.

— И чего? Помер он?

— Да не. Вернулись за ним, и с горем пополам выбрались оттуда, — сказал кудрявый и взял папиросу из пачки, протянутой гвардейцем.

— А как звали старшего? Может, мы его тоже знаем? — спросил боец.

Услышав этот рассказ, майор невольно покраснел, так как он и был тем самым забытым командиром.