Но у нас вот-вот полыхнёт гражданская война, а Данциг скорее всего блокируют с моря. Не до торговли будет.

Тоже встав на ноги, я открыто усмехнулся.

— Не думаю, что дело дойдёт до войны. Сначала мы разблокируем Шуйских, а потом вместе с ними отправимся к Москве. Одновременно туда подтянутся и остальные."

"Уже начал обходить стол, направляясь к выходу, когда раздался вопросительный голос Рюриковича.

— Остальные, это кто?

Сбавив ход, я слегка повернул голову назад.

— Князья, верные престолу. И способные ударить по Москве. Дарья со своим отрядом гвардии, думаю тоже присоединится.

Около самого выхода, я на момент замер и снова повернулся к царевичу.

— А что Иоанн? Он ведь тоже имеет права на престол.

Алексей тяжело вздохнул.

— Заперся в родовой крепости на севере. С собой взял только немного гвардейцев, да личную прислугу. Заявил, что не будет вмешиваться. Сначала сидел в особняке тут, совсем рядом. Но этой ночью переместился подальше от столицы. По-прежнему заявляет, что держит нейтралитет.

Кивнув, я вышел, двигаясь к выходу. А через полчаса уже стоял в одном из хранилищ Рюриковичей, наблюдая, как Мьёльнир создаёт конструкт, напоминающий большого броненосца, что состоял из тончайших каменных стенок и пустого пространства внутри. Правда последнее моментально наполнилось артефактами. Я забрал с собой практически всё, что имелось.

Этого с лихвой хватило на всё. Обеспечить маскировку Гиферу, восполнить расход силы Сандала и влить в Мьёльнира столько силы, что того едва не разрывало на части от давления.

Спустя час, накопители понадобились снова — на моих глазах из земли вырывались настоящие потоки костей, формируя монструозные крылатые фигуры, в энергетическую структуру которых я добавлял толику божественной силы. То же самое проделывал стоящий поблизости Гифер — его «искра» всё ещё выглядела, как пожёванный циклопом и выплюнутый сушёный финик, но определённый объём мощи уже вырабатывала.

Оставшегося объёма энергии оказалось достаточно, чтобы за какие-то два с половиной часа домчать нас до нужного места. Конечно, приходилось помогать божественной силой. И наверняка позже придётся объясняться с Оболенским. Да и моей смертной оболочке придётся тяжело.

Но прямо сейчас это было не так важно. Потому что, прикрытые пологом невидимости, мы приближались к родовой крепости Шуйских. И если ранее, все доклады утверждали, что твердыня сибирских князей в осаде, теперь ситуация изменилась — противник пошёл на штурм. Более того — улавливая дрожь самого пространства напоённого силой и вдыхая гнилостный запах мощи, что давали мёртвые души, я уже далеко не был уверен в неприступности родового гнезда Симеона.