А вот сейчас у нас появилась идея получше, которую я решил реализовать на практике.

Вырулив на Советскую, остановился у винного, единственного на весь центр города, где и купил две бутылки с белыми этикетками, на которых было отпечатано одно-единственное слово «Водка». Водка здесь, кстати, очень недурная, если вот так покупать, в бутылках, а не брать ее в розлив в рюмочных для алкашни, где ее разбавляют дешевой сивухой немилосердно, оставляя от вполне чистого напитка разве что название. Уложил в бумажный пакет – и туда же добавил банку с солеными зелеными помидорами, которых продавец наловил мне половником из большой кадушки, выискивая их в мутном рассоле. Аккуратно расположив это все на пассажирском сиденье, я газанул и погнал свой «тазик» в сторону порта.

Долетел почти мигом: центр Углегорска был словно прижат к реке, и оттуда до порта рукой подать, только на Октябрьскую свернуть – и сразу налево. В проходной меня уже узнали, лишь рукой помахал вахтеру, и вскоре лихо припарковал машину возле того самого флигелька, в котором обитал Пашкин. Подхватив пакет с покупками и бережно прижав его к груди, я постучал в дверь и, не дожидаясь ответа, вошел.

Флигелек внутри состоял из одной-единственной комнаты, в углу которой топилась печка-голландка, а сам Пашкин сидел за большим, сильно зашорканным письменным столом и читал газету. Перед ним стояла кружка чаю, на расстеленной чистой бумаге лежал бутерброд с копченой колбасой, сильно пахнувшей чесноком, – даже я с порога унюхал. Было тепло, сухо и хорошо.

– Здравия желаю капитану рейда товарищу Пашкину! – радостно отрапортовал я прямо с порога.

– Ага, заходи, Володь! – вроде даже обрадовался он, откладывая газету. – Чем, как говорится, могу?

– Да ничем, если честно, – сказал я, выставляя звякнувший стеклом пакет на стол. – Так, зашел вроде как поблагодарить за дружбу, поддержку и всякое прочее хорошее.

Пашкин насторожился на звук столкнувшейся боками стеклотары, а при слове «поблагодарить» энергично закивал, сказав:

– Да это мы всегда! Хорошим людям чего не помочь? Стаканчики-то нужны?

Думаю, что вопрос про стаканы был обычным уточнением о том, чего следует от меня ожидать. Поэтому когда я ответил в том духе, что не из горла же пить с хорошим человеком, Пашкин поднялся, подошел к массивному шкафу с привычно просверленными дверцами, откуда и вернулся с двумя солидного вида лафитниками из зеленоватого стекла.

– Старорежимные еще! – гордо сказал он, щелкнув ногтем по краю одной из посудин. – Тоже друзья подарили.

Склад вино-водочного явно не отапливался, так что водка в бутылке была если и не ледяной, то вполне холодной. Первая рюмка под помидорчик из банки, мятый, но упругий и пахнущий чесноком, прошла легко.