– В какой-то степени, – вновь кивнул я.

– Я здесь ни при чем, – сказал Милославский. – Вообще. Просто я ожидал чего-то подобного и пытался в меру своих возможностей вас прикрыть. Почему и требовал, чтобы вы остались на Ферме.

Сегодня подобная мысль мне в голову уже приходила, так что впадать в грех неверия я сразу не стал. Может, и так. А может, и нет, так что пусть дальше убеждает, раз я ему настолько нужен.

– За вами пришли коррумпированные сотрудники Горбезопасности. Трое. Занин, Дерябин и Василевич. Все трое погибли на лестнице.

– Кем коррумпированные?

– Организованной преступной группой, которую возглавлял некто Червонцев.

– Так и есть, – неожиданно заговорил Тенго. – Там Червонец в первую руку был, точнее, уже не он, а его помощник, Белоярский, слыхал про такого?

– Нет.

– Его из Горбезопасности выгнали года два назад – вот у Червонца и пригрелся, – сказал Тенго, после чего поблагодарил поставившую на стол бутылку и две дополнительные стопки официантку: – Спасибо, милая.

– А ко мне они зачем пришли?

– Точно не успели выяснить: Белоярского вы в зоне отчуждения убили, – ответил Тенго, разливая водку.

– Ну как версия годится, – кивнул я, взяв мгновенно заледеневшую рюмку в пальцы.

– Володь, ты мне тоже не веришь, что ли? – немного возмутился Тенго.

– Тебе верю, не вопрос. Но люди не только врут, они еще и заблуждаются время от времени. А еще их обманывают. Ладно, давай за доверие, – поднял я свой стопарик и чокнулся им с остальными.

«Клюковка» местная была что надо – живой ягоды для нее не пожалели, как раз такую и люблю.

– С моими самолетами что? – неожиданно спросила Настя.

– С самолетами все в порядке, мы даже дополнительную охрану пока аэродрому выделили, – сказал Милославский, отставляя рюмку. – Возвращайтесь и работайте, у города к вам никаких претензий нет. В Горбезопасности внутреннее расследование вовсю идет, арестовали Маленкова, который в ночь нападения оперативным дежурным был, – сочли, что он помогал Занину и остальным.

– Можно ко мне в Захолмье податься, там уже порядок, – добавил Тенго, и я отметил выражение «ко мне в Захолмье». Видать, как я и предполагал, все и вышло: он с дядиными полномочиями туда перебрался.

– Ты теперь там?

– Да, вроде коменданта что-то. – В голосе приятеля сквозило откровенное довольство жизнью. – И Горбезопасности ко мне хода нет – комендачи и мы всем заправляем. Так что прими совет – переезжай, все спокойней будет. У этих Занина и остальных все же друзья остались, ну его на хрен на них нарываться, как думаешь? Настя, ты ему скажи, – обернулся он к ней.

– Мне бы кто сказал, – вздохнула она. – Аэродром в городе, мне летать надо.