– Вот и я так думаю. Выходит, этот таинственный заказчик полагает, что один молодой никому не известный журналист без связей сможет в одиночку свалить хозяйку фирмы, которую много лет поддерживает могущественная контора. Вам такое не кажется странным?

Об этом Петр вообще не думал. Ему и в голову не приходило… Средства массовой информации – это мощная сила, четвертая власть, так его учили. Прессу все уважают и боятся. Акулы пера – огромная опасность, перед ними нужно заискивать и преданно заглядывать им в глаза. Да, он, Петр Кравченко, молод, но не настолько, чтобы с ним не считаться.

Он не ребенок. Он – журналист, имеющий определенную репутацию, пусть и на уровне только своего города, и тронуть его не посмеют. Если к нему обратились и готовы платить, значит, уверены в его силах и способностях, видят в нем необходимый потенциал. В чем тут нужно сомневаться?

– Муж Лёвкиной держит руку на пульсе, обладает солидным ресурсом, даже будучи в отставке, он жену в обиду не даст. Тот, кто захочет ей навредить любым способом, вынужден будет затевать большую и сложную игру с вовлечением ударных сил. Вы не можете этого не понимать.

Петр, я отношусь к вам с огромным уважением, ценю вашу целеустремленность, ваш ум, настойчивость, упрямство. Я верю, что всё задуманное у вас получится и вы добьетесь своего. Честно. Но я не вижу вас в роли такой ударной силы, которая сможет противостоять «крыше», защищающей Лёвкину.

Он поскреб пальцем висок. Действительно… Почему он упустил из виду такую очевидную вещь?

– Тогда что же получается?

– Получается, что мы с вами стали пешками в какой-то комбинации, которую осуществляют совершенно посторонние люди, не имеющие отношения ни к бизнесу, ни к мадам Лёвкиной.

Сначала вам указывают на Лёвкину и говорят: «Фас!» На следующий день мне указывают на вас и говорят: «Лёвкину не трогать». Что это? Клин, который пытаются вбить между нами? Меня напугают, я начну вас отговаривать и ставить вам палки в колеса, вы рассердитесь, хлопнете дверью… Нас хотят поссорить? Или как?

– Но зачем, Анастасия Павловна? – несмотря на усталость, у Петра все-таки хватило сил изумиться. – Для чего кому-то нужен конфликт между нами? Кому вообще мы с вами нужны-то?

– Не знаю, – вздохнула она.

Поднялась с пола, положила карандаши и фломастеры на стол.

– Мозг перегружен и кипит, сейчас мы все равно ни до чего не додумаемся. Надо поспать несколько часов, потом продолжим. Идите в душ, – Каменская протянула ему вынутое из шкафа чистое полотенце, – а я пока вам постелю.

Потом снова открыла шкаф и стянула с полки мужской халат из тонкой ткани.

– Возьмите. Не в футболке же вам спать, вы в ней почти сутки проходили.

Когда он вышел из ванной, диванчик в кухне был готов: простыня, подушка, еще одна простыня и теплый плед.