Отлично, соберём сметану, собьём масло. Достала мясо из ледника, натерла кусок солью, специями (были они таки!), завернула в мокрую салфетку. Пусть лежит пока, пропитывается.

Я заканчивала жарить целую гору сырников, когда в кухню заглянула озабоченная Катаржина. Одета она была в темное платье, приличествующее вдове, освещаемое только белым кружевным воротничком и такими же манжетами. На шее тонкая золотая цепочка, на поясе висит связка ключей. Прическа - волосок к волоску. Вот умеют же некоторые при минимуме хороших вещей выглядеть дорого! Катаржина как раз к таким людям относилась.

- Елена, завтрак уже готов? Пора подавать, я помогу. Надо бы тележку такую заказать, какую нам отец делал...

- Да-да, все готово, вот кастрюлька с какао для Джейми и Майки, хозяину кофе кофейник сварила. Нарезки пока на досках разделочных, очень уж тарелки здесь страшные.

- Да, это верно. Но я нашла выход. Снимай фартук, ты не кухарка, ты моя дочь. Пойдем завтракать, посуду потом и Розита помоет.

И мы вошли с подносами в столовую. От удивления я и сама чуть не упала. На столе - накрахмаленная белоснежная скатерть, дорогая фарфоровая посуда, в маленьких салфетницах - накрахмаленные до хруста салфетки. Все это было мне знакомо из воспоминаний Елены. Мать распотрошили свои сундуки. Но... скатерть, красивая посуда, подхваченная лентами тюль на окнах, букетик осенних цветов в вазочке - все это создавало уют в ранее пустой и безликой комнате. Пока никого нет, мы торопливо перекладывали нарезки на блюда, сырники тоже. Сметану и джем переливали в креманки, кашу из кастрюли в тарелки для каждого, какао из ковшичка с ручкой по чашкам для детей, кофе нальют каждый сам себе. Вспомнив про молоко и сахар для кофе, метнулась на кухню, заодно и грязную посуду унесла. Розита и ее муж завтракали, видимо, они всегда ели на кухне. Розита ничего мне сказала, а вот ее супруг невнятно прошамкал с набитым ртом, что очень вкусно. Розита набычилась, но молочные усы то ли от каши, то ли от сметаны над верхней губой вдобавок к ее природным усикам смотрелись очень забавно. Я велела отдать остатки от нашего завтрака на общую кухню, взяла молоко и сахар и ушла обратно в столовую. Там как раз начали собираться хозяин, его гость и наша семья. Меня чуть не пробил громкий смех, когда дон Луис застыл в дверях столовой. Было полное ощущение, что он сейчас выйдет и вновь зайдет, чтобы проверить не ошибся ли он домом и это его собственная столовая. Только мощный толчок в спину от Джеральда заставил его вылететь из дверей вперёд, на середину комнаты. Мы воспитанно встали и пожелали доброго утра.

Дон Луис растерянно сел на свое место хозяина и уставился на тарелки с едой.