Еще и поэтому я так долго не решалась ему позвонить.

Он тяготился тем, что не смог вернуть долг, а это не по-пацански. Я была нестабильным подростком, переполненным обидами. Диалог проходил сложно.

– Жизель, возьми хотя бы денег, раз ты отказываешься от другой помощи, – злится Денис.

– Не называйте меня так! Я не из этих ваших… А партию Жизели мне теперь не исполнить, – огрызаюсь я.

– Я в этом не виноват. Тебя никто не просил вмешиваться. Это не отменяет моей благодарности, и мне действительно жаль, но тебе пора взрослеть. Нужно уметь нести ответственность за свои решения и поступки.

– Вот я и несу! Будет мне уроком!

Мне так себя жалко и так страшно, что я не воспринимаю разумные доводы.

– Не думаешь о себе, подумай о матери: муж погиб меньше года назад, она только пришла в себя, она выбивается из сил, чтобы заработать, а за тобой ведь придется какое-то время ухаживать…

– Мы справимся, – твердо говорю я, как будто это на мои плечи лягут все тяготы. – Спасибо за предложение, но не нужно.

– Малолетняя идиотка! – сплевывает он и выходит.

Уже потом я узнала, что деньги он отдал маме. Она в отличие от меня, взрослая и разумная женщина, их взяла.

"Правда, это не помешало Гордееву перед самым отъездом из города прислать мне сообщение: «Если не совсем дуреха – сохрани этот номер. Иногда жизнь поворачивается так, что гордость отходит на второй план. Г.Д.»

Но всего этого я уже Юльке не рассказываю. Неприятно вспоминать, да и стыдно за свое поведение.

Надо сказать, Денис оказался прав. Что не удивительно, с его-то биографией. Он знал, что говорил.

Наступил момент, и я, засунув гордость подальше, ему позвонила. Случилась сложная ситуация, и ради помощи я согласилась на условия Лютаева.

А Юлька, между тем, продолжает трещать:

– В любом случае, хорошо, что у тебя есть прикрытие в виде Гордеева. Раз он держит контакт с Лютым, я так думаю, у него до сих пор много влияния в городе. Пока не разрешилась ситуация с Каплиным охрана тебе не помешала бы.

– Охрана? – и эта туда же! – Юль, Ярослав без сомнения моральный урод, но он не всемогущий джин! Дома он меня не достанет!

– Тебе виднее, – решает она не спорить.

А я хоть и храбрюсь, но все равно подхожу к окну и с тревогой оглядываю двор.

На парковке возле дома я замечаю троих подозрительных типов, они курят и посматривают по сторонам. Один из них отделяется от группы и заходит в подъезд.

Мне становится дурно.

– Ладно, Юль, мне сейчас некогда, я потом тебе перезвоню.

– Ага, держи меня в курсе! Ты живешь в остросюжетном фильме!

– Разумеется, – бормочу я в трубку, на цыпочках прокрадываясь в прихожую, откуда мне слышно, как кто-то вызывает лифт.

Тебе бы такое кино!

– Пока-пока! – и Юлька отключается, а я приникаю к дверному глазку.