Так что…

— Я никак не пойму, о чём вы все сейчас говорите, — нахмурился Эйлинод, и его серьёзный тон совершенно не вязался с детским голоском и личиком. — Все знают, что нельзя брать в жёны человеческих женщин, и нельзя похищать людей — это табу.

Я мысленно закивала, полностью с ним согласная. А мужчины переглянулись, потом восемь из них вопросительно взглянули на Бекилора, который, как я поняла, был теперь главным старейшиной.

— Похоже, им придётся рассказать правду, — кивнул тот, отвечая на молчаливый вопрос остальных мужчин.

— Мне тоже приходило это в голову, — кивнул Фолинор. — И не из-за женщин, это не было актуально, — ну, вот, опять незнакомое слово, опять я чувствую себя дурой, — а потому, что все наши знания, передаваемые от старейшины к его преемнику, могли исчезнуть в одночасье. Мой ученик, как и я, был живорождённый, произойди всё это лет на сорок раньше — мы исчезли бы оба, а с нами — наша история, все ритуалы и обряды. Конечно, сейчас нас, тех, кто знает, большая часть из оставшихся, но вообще-то я уже собирался начать обучение всех четверых детей, включая девочек. Чтобы все мои знания не канули в небытие.

— Мы слишком верили в свою неуязвимость, — вздохнул Бекилор. — Думаю, отныне старейшина должен брать больше одного ученика, а правдивую историю рода нужно рассказывать всем.

— Особенно учитывая, что мы всё равно собираемся отменить табу, — усмехнулся Эльрод.

— Разве это возможно? — удивилась Нивена.

— Конечно, — ответил ей Леонейл. — Табу накладывали старейшины, они же его и отменят.

— Так что же это за тайна, которую от нас скрывали? — нетерпеливо заёрзал Керанир. — И почему?

— Аэглеф, давай ты, — предложил Бекилор рыжему."

"— Ладно, — кивнул тот и обвёл взглядом детей. — Все вы знаете, каким образом мы очутились здесь, на этом острове, и почему.

— Потому что та земля, где драконы жили раньше, сгорела, — пожал плечами Эйлинод. — Лишь двадцать семь выживших добралось до этого острова, остальные погибли в огне.

— Всё верно. А вам не приходило в голову, почему только эти драконы смогли спастись?

— Нет. Мы просто знаем это, и всё. С детства, как сказку. И никогда не задумывались об этом. Так почему?

— Потому, что лишь самые сильные и быстрые смогли уйти от страшного пламени, поднимающегося до небес. Те, у кого были самые большие крылья. Те, у кого хватило сил и скорости подняться выше этого пламени. Они все были самцами.

— Огонь пришёл из земли и поднялся стеной к небу, — подхватил рассказ Диэглейл. — Драконы гибли в нём тысячами. Самки, детёныши и те, кто пытался их спасти — всё погибли. Лишь эти двадцать семь смогли подняться выше стены пламени. Они либо не имели семей, либо были слишком далеко от них в тот момент, что бы попытаться спасти.