После этого рассказа я навсегда запомнила, что если человек голодал, ему нельзя давать сразу много еды, нужно по чуть-чуть, а то умрёт.

Но Эйлинод заверил меня, что драконы гораздо крепче людей, и кормить их можно чем угодно. Потому-то я и сварила кашу. Но это потом, а пока я раздавала хлеб выходящим из гробницы мужчинам, и то, что было в узелке старейшины, а молоко они сами зачерпывали, передавая друг другу кружки.

Когда в коридор вышел четвёртый мужчина, Нивена кинулась к нему с громким, отчаянным криком:

— Леонейл! Леонейл!!!

Мужчина подхватил девочку на руки, ошеломлённо вгляделся в её лицо и выдохнул:

— Нивена? Сердце моё, это ты?

— Ты вернулся ко мне, ты вернулся! — бормотала она, обняв его за шею. — Больше я не позволю тебе оставить меня одну. Никогда!

Последним вышел Элрохин, неся на руках старика, совсем седого и сморщенного, держащего в руках кружку — стало понятно, почему Элрохин не стал пить молоко, а унёс его вместе с одеждой. Наверное, это и был тот самый Бекилор, который «совсем плох».

Я оглядела жующих мужчин — шестеро молодых, как наш старейшина, один старик и ещё один, средних лет. Вот он-то, прожевав первый кусок, и задал вопрос:

— Фолинор, объясни нам, что случилось?

*Сидень (простонародное) — ребёнок, не умеющий ходить, сидящий в люльке.

Глава 6. ОТМЕНА ТАБУ

23 июня. День второй.

— Я всё объясню, хотя, если честно, сам не понимаю, что с вами случилось. Но у нас здесь такое творится… В любом случае, я очень рад, что вы смогли вернуться. И не важно, что объяснить это невозможно.

— А уж мы-то как рады, — протянул один из молодых мужчин. Все, вслед за нашим старейшиной, потянулись к выходу. — Хотя, конечно, очнуться запертым в гробнице — то еще удовольствие. Я думал, мы так там и умрём. Снова!

— Да, чудо просто, что девочки вас нашли. Страшно подумать, что могло бы случиться! А мы бы этого так и не узнали, в ближайшее время как-то не собирались туда заходить.

Я последней вышла из дыры и сообразила, что кое-кого не вижу.

— Старейшина, — окликнула я. Все мужчины дружно обернулись ко мне. Нда… — Наш старейшина, — исправилась я, но, наверное, получилось еще хуже. Теперь мужчины уже откровенно посмеивались, видя, как я смущаюсь. — Старейшина Фолинор, — сделала я последнюю попытку.

— Просто Фолинор, — вздохнув, видимо, над моей глупостью, поправил меня наш старейшина. — Сейчас это звание вновь вернулось к Бекилору. — И он указал на старика, которого темноволосый мужчина продолжал держать на руках.

— Хорошо. Φолинор, — не так-то просто получилось выговорить это имя, я даже думать о нём привыкла, как о старейшине. — А где Керанир?

— Пока летит. Его крылья сейчас намного короче моих, удивляюсь, как ему вообще удалось меня догнать. Сюда я гнал на пределе, поэтому он сильно отстал.