Земля, на которой мы жили, погибла в каком-то страшном природном катаклизме, и почти все драконы вместе с ней. Лишь горстке драконов удалось спастись и достичь этого острова, где наш род возродился. Их мы и называем «древние». А теперь мы снова оказались на краю вымирания. Но на этот раз не силы природы виноваты в этом, а глупость и гордыня одного из нас.

— А что с ним стало? С этим… как его?.. — про кота и клизму я решила не спрашивать, и так поняла, что это что-то очень плохое.

— Лоргоном? Самое печальное — он убил самого себя своим же артефактом. Он был живорождённым, и просто исчез, вместе с остальными. Ушёл от возмездия.

— Жаль. Даже по морде надавать некому. А что это у первого дракона на шее? — я ткнула пальцем в какую-то непонятную висюльку у одного из спасшихся драконов. Эта вещичка была очень тщательно вырезана.

Стараясь разглядеть получше, я наклонилась, и Лани, не удержав, выронила яблоко, которое всё это время увлечённо скоблила зубами.

— А! — возмущённый детский вопль разнёсся по коридору и отозвался эхом вдалеке. Малышка протянула ручки к упавшему яблоку и заголосила: — Да-да-да!

— Нет-нет, оно грязное, вот, возьми моё, — я протянула Лани своё яблоко, которое пару раз надкусила, а потом отвлеклась на разговор с Нивеной.

И в этот момент откуда-то раздался стук и глухой, словно из-под земли, едва слышный крик:

— Помогите! Мы здесь! Откройте!

Завизжав, я схватила Нивену подмышку и кинулась в ту сторону, где был выход. Остановилась, лишь добежав до противоположной скалы. Задыхаясь, опустила Нивену на землю и, загородив собой, повернулась в сторону неведомой опасности.

— Что это было? — Нивена выглянула из-за моей юбки.

— Ты это слышала?

— Да. Мужские голоса. Из усыпальницы.

— Покойники, — меня затрясло.

— Покойники не разговаривают.

— Зомби! — взвизгнула я, от чего Лани едва не выронила и второе яблоко.

— Успокойся, Аэтель, зомби не существует.

— Тогда кто?

— Послушай… — Нивена сделала шаг в сторону дыры в скале, из которой я выбежала. — Если подумать… В усыпальнице лежали тела. Целые, усохшие, но целые. А амулет Лоргона очень странно на всё подействовал. Мы помолодели на тысячу лет. Те, кто моложе, стали яйцами, а «детские» яйца остались целыми и неизменными. Продукты животного происхождения исчезли. Всё это не поддаётся никакой логике. Но что, если этот артефакт повлиял и на…

— Трупы, — подхватила я. — Он их оживил?

— Я знаю, что это невозможно, — Нивена сделала еще два шага к дыре. — Но как еще это можно объяснить? Как? Мы же обе слышали голоса.

— Обе…

— И раньше мы думали, что и помолодеть тоже невозможно.

— Ага…

— И если они ожили… Они же там уже две недели почти. Без воды, без еды, практически без воздуха…

— Это невозможно, они бы умерли давно.