Стало еще хуже – волоски завивались колечками, серые глаза блестели, на губах бродила размытая, неопределенная улыбка.

Глядя как-то из окна, как строгая очкастая мама ведет свою дочку в бассейн, сосед Виталий сказал своей жене, что мамаша Пастухова, видать, наставила рога своему муженьку, поскольку дочка совсем на родителей не похожа. На что его жена Лидия пожала плечами и ответила, что такое никак невозможно, потому что кто же польстится на такую образину, как Пастухова…

Мамины мечты об умной способной дочери таяли как дым, о математическом кружке и школьном научно-техническом обществе пришлось забыть навсегда.

Теперь уже речь шла о том, чтобы дотянуть бестолковую дочку до окончания школы. Мама боялась признаться папе, что нужно нанимать репетиторов, потому что для тружеников отечественной науки настали тяжелые времена, деньги совершенно обесценились, и папиной профессорской зарплаты едва хватало на еду и оплату квартиры. Поэтому, когда к Лизе прикрепили худенького черноглазого мальчика Борю, чтобы он подтянул ее по математике, мама вздохнула с облегчением.

Прошло два месяца, мама все собиралась наведаться в школу, чтобы узнать об успехах дочери, да закрутилась с делами.

Скандал разразился совершенно неожиданно. Все устроила та самая соседка Лидия, которая как-то днем, отоспавшись после дежурства, завелась варить борщ, но лень было тащиться в магазин за уксусом. Она позвонила в квартиру Пастуховых, там долго не открывали, но Лидия трезвонила изо всех сил, поскольку видела из окна, как Лизавета с Борей пришли из школы.

Наконец дверь открылась, Лизавета стояла на пороге, запахивая коротенький халатик.

На просьбу об уксусе она подобрала босой ногой тапочку и сопроводила соседку на кухню. Та же вроде бы по ошибке толкнулась в комнату и увидела смятую постель и мальчишку, в темпе собирающего разбросанную одежду.

На вопрос изумленной Лидии, чем это они тут занимаются, Лиза ничуть не смутилась и ничего не ответила, только улыбнулась рассеянной улыбкой.

К приходу мамы Пастуховой с работы весь дом уже знал, что двенадцатилетняя Лизка водит парней и спит с ними средь бела дня, пока родители на работе. Позабыв про науку, мамаша Пастухова побежала лаяться к Бориным родителям.

Боря тут же раскололся и, размазывая по щекам слезы, свалил все на Лизавету – она, дескать, вместо решения задач по математике предложила заняться более интересным делом. Боря долго сопротивлялся и наконец дал себя уговорить.

Как только в процессе разбирательства выяснилось, что ничего конкретного, если можно так выразиться, деточки сделать не успели, тихая интеллигентная Борина мама превратилась в разгневанную фурию, в ведьму на помеле.