Под его взглядом словно невидимая петля стала сдавливать горло женщины, одновременно отрывая ее от земли.

- Радуйся, что еще нужна мне, не то... - Михель отвернулся, а полузадушенная Эления мешком упала на пол.

- Я больше никогда не буду, - прохрипела она, - Только не убивай меня.

- Хочешь быть мне полезной?

Она с готовностью кивнула.

- Тогда тебе надо проникнуть туда, где прячут принцессу.

- Но как я это сделаю...

- Придумаешь. Как сделаешь, выйдешь на связь.

Михель резко развернулся и вышел, а Эления сидела на полу в своей комнате, потирая горло, и впервые всерьез задумалась над тем, чем для нее могут закончиться делишки со злым. Впрочем, эта предприимчивая дама все равно была полна энтузиазма и надеялась выкрутиться.

***

Стража вела Лейона по коридорам дворца, на него глазели, шептались. В некоторых явно читалось сочувствие и доброжелательный интерес, но гораздо, несоизмеримо больше было тех, кто с каким-то плотоядным удовольствием ожидал, что Владыка, несомненно, казнит наглеца, посмевшего осквернить его дочь. Светлый вздохнул, столько народу, и все хотят его смерти.

Владыка Зимруд просидел в своем кабинете больше двух часов. За это время он многое передумал. Неужели он правда не любил свою любимую Нитхиль? Господи, неужели не любил... Но если любил, что ж даже положенного года траура не выдержал...

Что ж положил в свою постель первых наложниц на седьмой день после смерти Нитхиль?! Заплаканную Захарию, а потом и Гульшари... Верные служанки ведь не хотели, горевали о любимой госпоже, но противиться не могли. А он... Он горевал? Горевал или нет? Спрашивал себя Зимруд. Да, может сердце у него и болело, но над производством наследника это трудиться нисколько не мешало!

Господи, неужели не любил... Нормальные люди, когда любят, соблюдают верность, а потеряв любимого человека страдают! А не тащат через неделю в свою постель всех подряд! Что ж он ненормальный, что ли? Раз он царь, это что, делает его ненормальным? Или эта его одержимость желанием иметь наследника вконец убила в нем все чувства?

Вот оно наказание... Янсиль права. Во всем права. Он же отдал ее не глядя, неизвестно кому. Какому-то принцу, пришедшему с улицы. Что известно об этом принце Дагоне? Ничего! Что за страна такая, страна Тьмы? Зимруд о такой стране никогда не слышал, да и никто не слышал. Так что за помутнение мозгов у него наступило?! Отдать свое единственное дитя первому встречному за обещание, что у него родятся новые дети? Теперь это казалось Владыке чудовищным. В глаза дочери посмотреть он бы сейчас не смог.

Постепенно, даже может быть и против воли, у Зимруда выкристализовалась четкая уверенность, что он не отдаст свою дочь этому принцу Тьмы.

И как теперь ему быть?! Он же царь, он слово дал. Решения не было.

А раз решения нет, пусть говорит этот...