Я тебе клянусь, они у меня приучены, ничего не тронут, ничего не сломают, будут сидеть как мышки!

– Слушай, ну это выход, – неожиданно кивает Цыплакова. – Ты только никому из начальства на глаза не попадись. Окей?

– Да без проблем! Я тогда в четыре метнусь за ними в сад, к пяти сюда вернусь и работаю до победного!

– Ох ты и шустрая, – качает головой Ася, но я чувствую одобрение в ее голосе. – Давай, на четвертое мая надо назначить хотя бы шесть собеседований. Хотя, – тянет она, – у тебя хороший процент выхода, умеешь ты чувствовать кандидатов.

– Я стараюсь, – улыбаюсь совершенно искренне.

Ася мне нравится, и работать тут нравится. Всеми силами держусь за должность. Я оформлена на временный контракт, но по итогам реорганизации в штате одного из новеньких оставят на постоянку. И это хочу быть я. Очень хочу. Мне надо.

***

– Слушай меня внимательно, – я разговариваю с Виталиком, Каринкиным хвостом. Времени мало, поэтому говорю на бегу. – Вот прям сейчас, на майские. Пусть она куда-нибудь уедет. Очень, очень дорогой пансионат. Закрытый. Чтобы посторонних не пускали вообще. Швейцария, Италия. Что-нибудь в горах. Чтобы пешком оттуда не вышла. И да! Это должен быть пансионат для стариков! Чтобы, если кто-то еще раз захотел зубами лямочку ее платья стянуть, ему пришлось за этими зубами в номер сбегать!

Виталик ржет, а мне не до смеха. Нет, на Каринкино поведение мне плевать с высокой башни, а вот на то, что слухи стали расползаться, нет. В бизнесе слыть рогоносцем – дело такое…

– Шеф, у меня к тебе только одна просьба… – начинает Виталик несмело. – Можно я туда не поеду?

– А кто эту шалаву контролить будет? – спрашиваю скептически.

– Да есть у меня один дружбан в Италии. Еще со времен иностранного легиона скорешились!

Иностранного легиона. Да. Виталик у меня тот еще боец. В свое время служил во Франции контрактником. Скрывался от братвы. Без документов пересек четыре границы. В легионе только поняли, как он до них добирался, так записали его на повышенную ставку и даже имени не спросили. Только вот ничего, кроме этого, Виталик о службе мне больше и не рассказывал.

– Че за друг, Виталь? Мне громилы около нее не нужны.

– Да какие громилы! Он вообще сейчас выглядит как очень интеллигентный старичок! Ему чуть за пятьдесят, он такой мужик мелкий, тебе по плечо. И седой весь. Он с двадцати лет седой, только не спрашивай почему.

– Да ежкин кот, – я этого и знать не хочу. – Ну пусть. Оставайся в Москве. Только мне подробный фотоотчет.

– Будет! Я тогда у тебя тут останусь.

– Добро.

Отбиваю звонок с Виталиком и ищу в записной книжке телефон своего адвоката. Сбрасывает. Тут же прилетает отбивка. Он на процессе.

Окей.

Набираю ему сообщение:

“Инициировать развод с Кариной. Раздел имущества в рамках брачного договора”.