Всегда!

– Нет, – говорю твердо. Потому что ответ я уже знаю. Догадалась.

Не доставлю Ксюхе еще большего удовольствия меня унизить.

– То есть ты ее таскал в нашу спальню, – горько усмехаюсь. – И когда только успевали?

Но на этот вопрос я не хочу получить ответ.

В последний раз оглядываю квартиру, в которой я наводила уют изо всех сил. Чтобы муж, приходя с работы, мог расслабиться, отдохнуть и вкусно поесть. Все делала, чтобы его не обременяли бытовые заботы. Чтобы он занимался только развитием бизнеса.

И вот итог. Вот так мне отплатили.

Открываю дверь и вытаскиваю сумки в подъезд. Игорь смотрит хмуро, зло. А Ксю с превосходством. Во всю жмется к моему мужу, потеряв всякий стыд и совесть. А была ли у нее совесть, собственно? Не было. И стыда не было.

– Женя, – окликает Игорь, когда я уже одной ногой в подъезде.

Отцепляет от себя Ксю, которая недовольно кривится.

– Что еще? – спрашиваю отрешенно. Мне как-то все равно стало. Такое отупение накатило. Наверное, сработала защитная система организма.

– Если ты подашь на развод, то я тебя уничтожу, – произносит угрозу очень спокойно. – Я дам тебе погулять несколько дней. Отдохнуть.

– Какое благородство, – не могу сдержать смеха. – А с ней что будешь делать? – киваю ему за спину, где напряженно ловит каждое слово разлучница. – У вас будет ребенок.

Игорь сует руки в карманы, будто боится не сдержаться. Оглядывается на Ксюшу. Она даже сейчас выглядит, как с обложки журнала. Победительница. У меня же вид нищенки, случайно подобравшей красивое платье.

– И что? – оглядывается. Равнодушно пожимает плечами. – Она родит, а мы ребенка усыновим. Я считаю, это отличный выход.

– Игорь! – возмущенно восклицает Ксюша. – Что ты такое говоришь?!

– Ты больной, – качаю головой. – Как ты себе представляешь, чтобы я воспитывала ребенка любовницы, у которой ты его что сделаешь? Отберешь? Откупишься? Это уже без меня.

– Я не дам тебе спокойно жить в этом городе. И тем более работать, – продолжает говорить угрозы совершенно спокойно. У него взгляд тяжелый, не предвещающий ничего хорошего. – Ты приползешь ко мне на коленях, Женя. Тебя возьмут только на вокзале туалеты мыть. Я постараюсь. У тебя неделя, Женечка, а потом ходи и оглядывайся.

В ужасе смотрю на мужа, широко распахнув глаза. Как же я ошиблась! Боже, как сильно я ошиблась! Это чудовище, произносящее ужасные слова, не может быть моим мужем.

Неужели он рассчитывает, что после всего я вернусь? После этих угроз захочу быть с ним?

– Нет, Игорь, – качаю головой. – Я не вернусь.

Хочу выйти из квартиры, но Игорь хватает меня за руку. Втягивает обратно и прижимает к стене. Нависает, пытается продавить, напугать.

– Ты пожалеешь, Женя, – у него желваки на скулах ходят. – Ты горько пожалеешь о своем решении.