Он, увидев, что я засомневалась в необходимости данного поступка, добавил страшную для меня на тот момент фразу: «Это сейчас ты вся такая молодая и красивая, а после двадцати одного года станешь старой девой и мужчинам будешь деньги платить за секс». И тут я впала в панику.

«Я – студентка педагогического вуза, будущая учительница начальных классов, – думала я. – Откуда с зарплатой бюджетника у меня появятся деньги, чтобы платить мужикам за секс?»

С Мишей пришлось расстаться. Просто, наверное, я не из тех идеальных девушек, которые выходят замуж за того, с кем лишились девственности. Но я очень благодарна Мише за первые мои взрослые отношения. Мне кажется, учиться семейной жизни нужно на таких, как Миша. Это как учиться грамотно пить на дорогом коньяке. Начиная с дорогого коньяка, вы никогда не захотите перейти на «Боярышник» или сивуху.

Хотя я перешла.

Но об этом в других главах.

ЕГО ПРОБЛЕМАЕго проблемой был, на мой теперешний взгляд тридцативосьмилетней тетки, неумелый шантаж. Шантаж должен пугать до ужаса. Баба должна быть парализована страхом. И тогда она, безусловно, выйдет за тебя замуж.

Но Миша шантажировал неумело. Поэтому как результат – на тот момент я поняла только одно: у меня есть всего четыре года. А потом я стану старой девой и буду платить мужчинам за секс. Короче, мне нужно либо ускоряться с поиском идеального мужа, либо искать высокооплачиваемую работу.

МОЯ ПРОБЛЕМАМоей основной проблемой на тот момент был страх в одночасье стать никому не нужной. Страх не успеть до двадцати одного года выйти замуж терзал меня ровно до моего двадцать первого дня рождения. Потом я расслабилась и смирилась с участью «старой девы». Тем более я поняла, что быть старой девой в двадцать один год, оказывается, очень весело: друзья, тусовки и путешествия. Почему‐то Миша об этом мне не рассказывал.

А что еще Миша никогда не упоминал – это статистику. Согласно графикам и таблицам, которые я сейчас нашла в Интернете, тогда, в 1997 году сорок четыре процента женщин вступили в брак в возрасте от двадцати одного до тридцати двух лет. То есть, Миша слегка преувеличил мои проблемы: я могла беззаботно жить до тридцати двух, а потом легко выйти замуж. Почему легко? Потому что женщина, не зацикленная на замужестве, привлекает мужчин гораздо больше, чем дама с глазами, полными отчаяния.

В общем, девушки, если вас родители или парни пугают перспективой остаться в полном одиночестве, до тридцати двух лет показывайте им эту статистику. После тридцати двух лет показывайте средний палец. Потому что это срабатывает продуктивнее, чем показ статистики.

А еще сейчас у меня есть незамужняя подруга Аня, которая к своим тридцати восьми годам научилась пресекать вопросы любопытных соседок относительно ее замужества.