– Комментарии читала?

Да, я читала. Вроде две недели прошло после разоблачения в эфире, а страсти до сих пор кипели. Это я еще по лайту прошлась. Можно сказать, сжалилась над Демьяновым. Все же не настолько кровожадная. Да и в суде не планировала вытаскивать его грязное белье на всеобщее обозрение. Если, конечно, Рома не начнет мудака включать. Я уже не знала, чего от него ожидать можно. Насчет Евы мог упереться. Папа ведь! Отец года, мать твою!

– Натка, ну ты даешь! – в который раз восхитилась Мила. – Не испугалась огласки, отпор разом дала! Я бы так не смогла.

Я бы тоже хотела так не делать, но меня вынудили. Роман сам тумблер жестокой стервы повернул.

– А чего мне бояться? У меня муж вторую семью завел, изменял мне, ребенка нажил? Самое страшное уже случилось. А то, что узнают… И так узнали бы. Шушукались бы за спиной, а так я готова. Больнее уже не будет.

Я немного лукавила. Читая комментарии под тем постом, мне много раз хотелось, кричать от обиды и досады. Многие понимали и разделяли мои чувства. Но были и те, кто решил хайпануть на ситуации. Личные хейтеры тоже вылезли."

"Lena.stumova: Наташа сочувствую вам! Никто не застрахован от этого. Мужчины вруны и изменники по натуре.

Julia_top: Ой, да ладно. Ничего просто так не бывает! Значит, не все так гладко в их семье было!!! Что муж аж параллельную создал! Одной внешностью мужика не удержать. Видимо, Наталья больше собой занималась, чем мужем и ребенком.

Tamara.rudova: Согласна с вами! По блогу Натальи видно, что она у себя одна любимая!!! Сомневаюсь, что она занимается воспитанием дочери. На нянек скинула и за шмотками побежала. Фу…

Вспомнила одну из веток под постом. Токсичных комментаторов было немного, но они громкие и знали, как испортить настроение. Но охваты у меня действительно выросли. Число подписчиков тоже. Я дала рекламу нашей школы под шумок и продажи побили прошлый рекорд. Правда, личку пришлось закрыть: кто туда только ни стучался… И Демьянов в том числе. На почту писал бесконечно. Я не читала, его место в спаме.

– А Рома что? – спросила Олеся.

– А что Рома? Вести себя нужно честно, тогда не будет стыдно.

– Он снова приходил.

– И к нам, – вставила Мила. – Вас все ищет. Такой взволнованный…

– Не нужно, – оборвала я. Не хочу знать, как он там. Страдает или доволен. Конечно, мне будет лучше, если ему плохо, если вину чувствовал, но я не должна на этом зацикливаться. Мои мысли, мое время, моя жизнь и моя любовь больше ему не принадлежали.

Я разговаривала с мамой: она очень обеспокоена. К ней тоже Демьянов приходил, покаялся даже. Правда, наполовину. Про ребенка сказать не решился. Я сделала это за него. Мама знала о наших неудачах со второй беременностью и только с ней я делилась, насколько тяжело переживало это. Как боялась, что муж мог разочароваться во мне.