– Что думаешь по поводу биржи?

– Думаю, кто-то хочет войти в совет директоров. Слишком рьяно скупает и платит втридорога.

– Почему шифруется?

– Сюрприз хочет сделать, – хмыкнул Артем. – Неприятный.

– Ага. Пресс от надзорников с их, – я изобразил кавычки, – подачи. Наши ребята пока только на финансовую прокладку вышли. Все вроде ровно. По закону на финансовую махинацию не тянет, но чуйка говорит, что ни к добру.

– Выясним кто, а там, может, и мотивы всплывут. – Артем ритмично выжимал штангу. – Что с Лазаревой?

Я несколько раз смачно врезал по груше. Вспомнил, как мразь к жене моей сунулась.

Как ребенком прикрывалась, манипулировала и совершенно не жалела. Чтобы я хотел? Убить ее. Легче стало бы однозначно, но… Я не сильно верующий, но грехов у меня и так хватало, не хотелось бы еще особо тяжкие на душу принять.

– Это сучка к Наташе сунулась, прикинь? Такое устроила… – сжал кулаки. – Наташе даже плохо стало.

– Она что, кинулась на нее?!

Он чуть штангу не уронил, но, забросив назад, вскочил агрессивно.

Я улыбнулся. Хотелось поделиться радостью.

– Наташа беременна.

– Поздравляю! – мы обнялись.

 – Правда, рад. Очень. Надеюсь, теперь крестным я буду. А-то Дэн носится по всей стране. Ева скоро вообще забудет его.

– Будешь-будешь…

– Наташа?

Брат сразу почувствовал, что на наши отношения с женой это событие не сильно повлияло.

– Она попросила время. Хочет в себе разобраться. Не знает, сможет ли быть со мной.

– В смысле? Вы что, можете реально развестись?!

– Ты меня спрашиваешь?! – так же удивленно сказал. – Я не хочу. Не отпущу. Просто не дам развод. Но Наташа… – я замолчал, стукнув пару раз по груше. – Я дышать ей не даю. Она просит не давить.

Она теперь ваза хрустальная, беречь ее надо, – тоскливо улыбнулся. – Ее всегда нужно было беречь. Каждый день. Каждую минуту. Я такой идиот. Привык, что дом, семья, жена всегда со мной. Константа. Наташа – она ж всегда меня принимала и поддерживала. Такая сильная, но она всегда давала мне ощущение, что я мужик. Я решаю. Не пилила. Мозг не ковыряла. И самое интересное, что ее мнение стало для меня самым важным. Решающим. А я так налажал.

– Она просто умнее, – хмыкнул Темыч.

– Почему я не сказал главного? Почему не спросил совета? Изначально, понимаешь? До измены.

Потом просто трусил, боялся потерять, а до?

– Убедиться хотел? – предположил Артем. – Ну, что Ванька реально есть и Лазарева не наебала тебя… – он задумался. – Для чего-то, – развел руками.

– Нет, Темыч, – я покачал головой. – Может, я больной?

– Ромыч, ты меня пугаешь.

– Я вот сейчас думаю: может, я отца мечту о внуке исполнить хотел? Максимально безопасно для здоровья Наташи. Вот есть внук. Галочку поставили, и дальше жить. Схватился за соломинку, а потом утонул.