– А ее все вон в том шкафу, – ткнула не слишком чистым пальцем Катя в сторону допотопного гардероба, – мы с ней разделились, мое в стенке, ее в шкафчике.

Я подошел к деревянной конструкции, больше всего напоминавший поставленный стоймя гроб, и распахнул кривые дверцы. Да, Рая была намного аккуратнее Кати. Ее вещички висели на плечиках, а скромное бельишко, колготки и футболки ровными стопками высились на полках.

Нарядов было мало. Несколько блузок, явно очень дешевых, джинсы, штаны из кожзаменителя, два свитерочка и одна мини-юбочка из красной клеенки. Это все.

Я в задумчивости стоял у шкафа. И зачем пришел сюда? К чему смотреть на эти жалкие тряпки? Сам не знаю, но Арчи, помощник Ниро Вульфа, всегда залезал в гардероб к интересующим его людям и обязательно находил нечто эдакое… Я же не видел ничего примечательного."

"– Ну? – поинтересовалась Катя, вытаскивая из-за батареи бутылку с темно-коричневой жидкостью. – Нагляделись? Хотите, коньячком угощу?

– Спасибо, но я за рулем.

– Ну и что? – искренне удивилась Кисина. – Разве пятьдесят грамм помешают?

– Лучше скажи, что ты делала пятого декабря? – строго спросил я.

– Ну, – фыркнула девчонка, – это же когда было! Вот вчерашний день помню, у Лины Мамаевой гуляли, на дне рождения, а пятого… Хотя, нет! Конечно! У Лины Мамаевой была, на дне рождения!

– Послушай, – разозлился я, – не может же у твоей подружки быть два дня рождения? Сама же только что сказала, будто вчера у нее веселилась.

– Верно, – засмеялась Катя, – пятого она родилась, мы один раз собирались, а вчера у нее именины были, опять плясали.

Ага, понятно, повод для пьянки всегда найдется.

– Рая с тобой была?

– Не-а, – протянула Катя, – она в тот день парня к себе зазвала.

– Как его зовут?

– Кого?

– Кавалера Раисы.

– Хрен его знает, – пожала плечами Катя, – как-то зовут, наверное.

Тонкое наблюдение.

– Она тебя не знакомила со своими приятелями? У нее был постоянный мальчик?

– Не-ет, – протянула Кисина, – так, случались всякие, но про последнего ничего не знаю, хотя не прочь бы с ним познакомиться!

– Почему?

– Прямо Тарзан, а не мужик, – захихикала Катя, – во, глядите!

Она вскочила с дивана, дошла до ванной комнаты, порылась в пакете с грязным бельем и протянула мне серовато-голубой свитер с оторванным рукавом.

– Во!

– Это что? – удивился я, взяв в руки свитер.

Он был мятым, потерявшим всякий вид, но на горловине виднелся крохотный ярлычок «Шанель», и пахло от вещи, несмотря на то, что она пролежала довольно большое количество времени в грязи, тонкими, дорогими французскими духами.

– Райкин прикид, – хмыкнула Катя.

Я не очень хорошо разбираюсь в нарядах, но на этом свитере просто стоял невидимый штамп «отличное качество».