Я? В обморок?

Хочу ответить, что всё в порядке, но голова так сильно кружится, что я забываю обо всём. Может быть, старушка и права.

Ида бурчит, что кое-кому надо рассчитывать силы и кое-кто не слушал её внимательно. Она тоже прикладывает руку к голове Россала, я вижу, как тёмное пятно сжимается и приобретает ровную форму. Оно в целом уменьшилось вдвое.

По знаку Иды Кария отпускает мужчину. Россал встаёт и удивлённо оглядывается.

– Я что-то опять сделал? Простите… – басом говорит он.

– Вот, видите, после меня он нормальный, – говорит Ида настоятелю. – Я к себе ходить не заставляю, это каждый решает. Тебе, городская крыса, это может не нравиться, но запретить ты им не можешь. Рабство какое-то.

– Да что ты понимаешь, ведьма? Ты им мозги пудришь.

– Кому? – Ида задыхается от возмущения.

– Настоятель, не надо. Ида правда мне помогает, – вмешивается Россал.

Мужчины (и несколько женщин, но я не уверена), что пришли с настоятелем угрожать “ведьме”, теперь виновато переминаются с ноги на ногу. И только сам священник кипит от злости, сжимая кулаки. Гляжу на них и понимаю, что начинаю видеть немного чётче.

– Это временный эффект, – цедит настоятель. – Ему скоро станет хуже.

– Не станет, – фыркает Ида. – Россал, можешь приходить чаще. Тебе немного осталось и дойдём до “зерна”.

– Смотри, ведьма, хуже не сделай!

Настоятель высказывает ещё несколько опасений и угроз, а потом уходит. Несколько человек подходят к Иде и просят прощения, остальные уходят молча вслед за настоятелем.

– Да, – тянет Ида, глядя им вслед. – Чую, устроит он нам ещё проблем. Ну да ладно, – она поворачивается ко мне. – У тебя зелье там не убежало?

Точно! Бегу к двери, пошатываюсь из-за волны слабости и снижаю темп. Иду к своему зелью, с облегчением обнаруживаю, что оно не убежало. Но уже пора добавлять следующий ингредиент."

"Интересно, о чём говорила Ида? Что за “зерно”? Понимаю, что ещё многого не знаю о проклятиях, но этот факт вызывает во мне воодушевление и желание узнать.

Впервые у меня появилась возможность раскрыть дар. Быть полезной и нужной, причём, по-настоящему нужной. А не как с Артэном… старалась поддерживать его по мере сил, а в итоге оказалась за бортом.

– Что-то ты не то делаешь. Рано я тебе зелья как работу дала, – в комнату входит Ида.

– Почему? Вроде бы всё по рецепту.

– Цвет не тот, – она подходит и снимает с огня котелок. – Интересно. Проверю потом, что у тебя вышло.

Цвет мне кажется вполне тем, но Иде виднее. В прямом смысле.

– Возьми, – она протягивает мне полоску ткани, и я не понимаю, для чего. – Там вышиты символы священные, ты этой стороной к глазам приложи. А, ты ж не видишь… Дай, завяжу.

Наклоняюсь, чтобы позволить старушке завязать мне глаза.