Он не стал звать Мартына, дождался, когда тот сам заметит его, и, встретившись с ним взглядом, поманил к себе движением головы. Тот кочевряжиться не стал, хоть и с чувством достоинства, но все-таки поспешно подошел к нему. Улыбка с лица не сползла, напротив, стала еще ярче.

– Тут такой навар, что мама не горюй! – торжествовал он. – Пол-лимона «дровами» взяли!.. И никто ничего! Отдают как миленькие!.. Хазар их приучил. Чувствуется его школа…

– Что, и никто в контры не встает?

– Да нет, никто… Ну, есть такие, у кого сегодня нет ничего; завтра, говорят, отдадут… Да ты не думай, я понимаю, что это хитрозадые дурку включают.

Но у меня все записано… Я тут каждого на прицел возьму, узнаю, кто сколько заколачивает, на процент их поставим…

– Не жалко людей?

– А нас кто жалел, когда Носорог тут быковал? Пусть охрану отрабатывают…

– Пусть отрабатывают… С Юльки, надеюсь, ничего не снял?

– Я что, совсем дикий?!

– А ее саму снять не собираешься? – в шутку, но не очень весело спросил Спартак.

– А что, можно? – хитро сощурился Мартын.

– Нет.

– Жалко.

– Жалко у пчелки. А у евнухов жала нет. Евнухом хочешь стать?

– Да ты что, брат, думаешь, я к ней клеюсь? Просто нормальная девчонка, поговорить с ней интересно.

Ты мой друг, значит, и она моя подруга. Что не так?

– Все так… Значит, пол-лимона, говоришь, взял?

– Ну, почти.

– А в баксах это сколько?

– Ну, почти две с половиной…

– На стволы хватит?

– Ну, на что-то хватит…

– Давай езжай в свой Саратов, сколько сможешь стволов взять, столько и возьми…

– Ну, это договориться надо…

– А в чем проблема?

– Проблема есть, но мы ее решим. Будут стволы, отвечаю…

Спартак всерьез подозревал, что Мартын метил на его место, пацанов хотел под себя подбить, рынок с ними взять, чтобы центровым здесь заделаться.

Да и с Юлей замутить не прочь. Но, похоже, пацан угомонился, понял, что не сдвинуть ему Спартака. Правда, в центре находиться по-прежнему хочет, пусть и в чужой тени. Поэтому и старается быть полезным. И это нужно только приветствовать. Хотя и держать ухо востро. Там, где большие деньги, доверять никому нельзя.

– Кого с собой возьмешь? – спросил Спартак.

– Бабая, Тапыча, Марала… Еще бы Джека взять, Хряка, Никодима…

Спартак глянул на него с ироничной усмешкой.

Губа у Мартына не дура. Самых боевых пацанов себе выбрал. Мало того, еще Бабая хочет под себя подмять. А тот сам в какой-то степени авторитет. Если Мартын его себе подчинит, тогда и сам над Гобоем с Угрюмом хоть на чуток, но приподнимется.

– А Бабай согласен с тобой ехать?

– Бабай!

Мартын посмотрел на него, как дрессировщик на собаку, требуя от нее встать к ноге.

– Да я бы поехал, – послушно кивнул Бабай.

– Ну, давай, – махнул рукой Спартак. – Тогда Мартына будешь слушать, как меня самого.