Педали велосипеда я продолжаю крутить с максимальным усилием, хотя от перенапряжения мышцы на бедрах уже то и дело сводит болезненной судорогой. Да и кочки на тропинке доставляют очень неприятные ощущения. Но это сейчас неважно. Надо как можно дальше убраться от преследователя и больше никогда-никогда не ходить по дороге от остановки одной в вечернее время. Блин, даже не знаю... может, поговорить с бабулей и переехать жить в общагу?.. Если, конечно, местечко там найдется.

Сумерки сгущаются всe сильнее. Чтобы не врезаться в какую-нибудь преграду по недосмотру, приходится сильно сбавить скорость, а ближе к дачному поселку и вовсе слезть с велосипеда.

Так и тащусь в лесной тьме, щурясь под ноги. Видимость просто отвратительная. Слабый просвет появляется только на самом конце тропы, когда я выбираюсь из зарослей на дорогу.

Деревья гостеприимно расступаются, открывая вид на маленькие дачные домишки. Я глубоко вздыхаю. Выбралась!

С громким «Уф-ф! » бросаю опостылевший велосипед на обочину и делаю шаг в сторону поселка.

- Далеко собралась? - раздается в темноте спокойный опасно-вежливый голос.

Глава 13.

«Поймай, если сможешь»

Снова он!

Я даже не вздрагиваю, а прям подпрыгиваю от неожиданности. Застываю на месте, усиленно вглядываясь сквозь сумерки в сторону источника мужского голоса, и с трудом давлю в себе тихий стон отчаяния.

Маньяк рядом, на широкой асфальтовой дороге. Стоит, прислонившись к капоту своего серого внедорожника-кроссовера и сунув руки в карманы брюк.

Вот же я сглупила...

Он же провернул уже со мной недавно такую же коварную штуку! И наверняка все дороги местные отлично знает, в том числе и мою тропинку! Так что просто примчался сюда в объезд на своей мощной машине, чтобы устроить мне очередную засаду и без лишней суеты перехватить на конечной точке.

- Иди сюда, - приказывает мне, и в его пугающе мягком голосе появляются тяжелые властные интонации. Они так и транслируют, настойчиво и бескомпромиссно: игры закончились, деточка, сейчас за тебя примутся всерьeз.

Краем глаза улавливаю движение со стороны поселка и нервно оглядываюсь.

Это Михалыч, очень старый бабушкин сосед, идет по улице с граблями на плече. Палую листву, наверное, сгребал по обыкновению в кучи вдоль своего забора, пока не стемнело.

Если заорать, то он, конечно, услышит, но помощь против сильного молодого мужика от него не так, чтобы большая. Древнее Михалыча тут никого нет.

- Мое терпение на исходе, - говорит маньяк и безразлично добавляет: - Сама в машину сядешь или тебе помочь?

В разговоры с ним вступать и думать нечего. Какие вообще разговоры могут быть с агрессивным неадекватом, преследующим беззащитную незнакомую девушку весь вечер?

Я снова лихорадочно кошусь в сторону поселка.