Мой красивый проницательный мальчик.

— Это ты меня, что ли, червем назвал, малыш? — с вызовом раздается сзади. И мне снова хочется запустить в Диму чем-нибудь. Пьяный идиот, не провоцируй его."

"— Савва, пойдем? — я трогаю его запястье и мягко тяну за собой. Сейчас я настоящий сапер на задании: пытаюсь обезвредить тикающую бомбу. О да, она тикает. Радужка Саввы накаляется опасной серостью, улыбки на лице нет, но есть ямочки. Паника вновь продирает меня изнутри, выступая холодными мурашками на предплечьях. Я отчетливо ощущаю поднимающийся в нем азарт, кожей ловлю его удовольствие. Если бы кто-то взялся экранизировать этот момент, то актер, исполнявший роль Саввы, подпрыгивал бы на месте и разминал шею.

— Да, я назвал тебя червем, Дима. Отвык от такого в стенах Госдумы?

Позади слышится ленивый шаркающий звук. Вельдман спускается. Идиот. Что мне делать, мать его?

— А ты вообще кто? — он намеренно растягивает слова, чтобы усилить издевку в них. — Мажорик, спускающий деньги умершего папы? Сопляк, трахающий мою жену? Чем ты, кроме этого прославился?

— Быдло, — с удовольствием произносит Савва, раздвигая губы в плотоядной улыбке. — Всегда одно и то же. Люди вроде тебя ошибочно полагают, что только статусу позволительно разбрасываться оскорблениями. Если тебя в машине ждет водитель, то тебе лучше позови его, Дима. Потому что я собираюсь хорошо потоптаться на твоих костях.

— Савва, хватит, — я встаю перед Саввой, чтобы закрыть ему вид приближающегося Вельдмана. — Он пьян, неужели ты не видишь?

— Ты же знаешь историю моего детства, Мирра, — безо всякого сожаления произносит он, едва взглянув на меня. — Пьянство для меня не оправдание, а хороший повод.

— Это ты видел? — пары алкоголя, смешанные с запахом туалетной водой, оказываются совсем близко. Отшатнувшись, я вижу, что Вельдман держит в руке развернутую красную корку. — Только коснись меня — и сядешь надолго, отморозок.

— Про отморозка ты правильно подметил.

Я давлюсь немым криком и жмурюсь до рези в глазных яблоках, потому что Савва выверенным движением бьет Вельдмана в лицо. Хрустко, наотмашь, с удовольствием. Всего в метре от меня.

Отлетев на несколько шагов назад, Дима ударяется спиной об лестничные перила и с глухим ревом оседает на асфальт. Нога в дорогом глянцевом ботинке некрасиво выгнулась, брючина задралась, демонстрируя высокие черные носки. Удостоверение, ставшее бесполезным, валяется неподалеку.

— Видишь? Не всем в этом мире есть дело до твоей неприкосновенности, — иронично произносит Савва, одергивая натянувшуюся на плече рубашку. — А ты, оказывается, обо мне знаешь. Знаешь и все равно сюда пришел. Выпил, чтобы набраться храбрости или просто потянуло на приключения? Хотя сути это не меняет.