Хан вернулся к вылизыванию лапы (той же самой), а Проша сел на мохнатую попу и воззрился на меня преданными фиолетовыми глазищами.

Я несколько раз глубоко вдохнула и выдохнула, стараясь держать голову неподвижно, а потом медленно заговорила:

— Давайте-ка по порядку. Ты! Как там тебя… коловертыш! Ты опасный?

— Да ты чего, матушка? — не на шутку обиделся он, всплеснув когтистыми руками. — Да ты посмотри на меня! Разве ж я кого обидеть способен?! Я ж… я пыль тут везде протер! И на стол накрыл, между прочим! От меня же польза сплошная! Быстрый, услужливый! Незаметный!

— А пахнет почему так? — мой голос сорвался на визг. — И туман этот!

— Так расстройство желудка у меня, говорю же… Я вообще-то всеядный, а вот поди ж ты… Наверное, эти, в переулке, повредили мне что-нибудь…

— Ладно. Ты, значит, ведьминский прислужник. А где твоя хозяйка? — Я с опаской покосилась на вход. Вдруг она тоже тут появится?

— Так прогнала меня хозяйка-то! Я же вчера тебе…

— Стоп. Давай-ка проясним кое-что. Вчера я была не в себе. Ничего не помню. Поэтому сейчас вы вдвоем все по порядку мне расскажете. Только не очень громко, а то у меня голова треснет. И еще, ты, запашистый, окна открой пошире, дышать нечем. И не только здесь. Во всех комнатах открой. Про кухню не забудь.

Проша беспрекословно подчинился. Туман постепенно вытянуло наружу. От свежего воздуха стало чуть-чуть полегче."

"— Давай я тебе голову-то подлечу? — предложил коловертыш, когда я немного отдышалась.

— Давай, — обрадовалась я.

Он подошел вплотную, встал на носочки (если бы я стояла в полный рост, он доставал бы мне до пояса), и обхватил голову. Сразу полегчало.

— Ой! — сказал Проша и плюхнулся на ковер. — Ой, как тебе худо-то было, хозяюшка… Голову-то как ломи-и-ит…

— Погоди, — заволновалась я. — Ты что, себе мою боль забрал, что ли?

— Да. Я по-другому лечить не умею, я же не колдун. Забрать только могу. Но ты не волнуйся, через полчасика все пройдет. Коловертыши быстро восстанавливаются. Ведьмы этим частенько пользуются.

— Ужас какой!

— Да я привычный. Желудок вот себе уже восстановил почти… сейчас и головой займусь…

Мне стало стыдно. Бедняга! Ну и что, что быстро восстанавливается? Все равно ведь страдает.

— А обратно ты мне боль передать не можешь?

— Могу. Но не буду. Да не переживай ты, проходит уже потихоньку. К тому же я тебе должен за вчерашнее. Ты ведь мне жизнь спасла!

— Ого, правда? А поподробнее? И, лучше, начните с начала…

В этот момент кто-то активно принялся названивать в дверь. Очень настойчиво.

— Аааай-яй! — прохрипел Проша, схватившись за голову.

Я вышла в коридор и остановилась в замешательстве. Открыть или притвориться, что меня нет дома? Вдруг это ректор?

— Тоня! — донесся до меня голос Дениса.