Пришлось собраться с духом, мысленно сосчитав до трех, и выставить себя на всеобщее обозрение.

Ладони вспотели. Сердце было готово выскочить из груди, лишь бы не участвовать в этом позоре вселенского масштаба. Я нервно прикусила губу и осмелилась посмотреть в глаза, которые чуть больше суток назад пожирали мое тело в служебном помещении бара. Сейчас же они расширились до невероятных размеров и хаотично метались по моему лицу. И если бы я умела краснеть, то в сию секунду превратилась бы в самый настоящий помидор. Казалось, Тони был растерян не меньше моего.

– Эм… Что ж… Я… Я рад, что Вы, наконец, показали нам себя. И… Пожалуй… Я могу приступить к лекции…

Тони отшагнул назад и тут же вписался бедром в угол своего стола.

– Боже, какой он неловкий, – тихо захихикала Клара, но я не обратила на нее никакого внимания.

Я уже не могла оторвать глаз от красивого профиля Тони, склонившегося над ноутбуком. Он быстро вывел на экран первый слайд презентации, сопровождая свои действия словами, которые я совсем не могла разобрать.

– Какой же он сексуальный! – восторженно прошептала Клара, как только Тони повернулся к нам задом.

– Что?! – я резко выпала из транса.

– Ну, согласись, просто невозможно красив… И он примерно наш ровесник. Может, попробовать с ним замутить? – тембр ее голоса напоминал мурчание кошки во время брачного периода, отчего к горлу подкатил рвотный ком.

– Ч-что?..

– Тэя, ты сегодня какая-то странная. Говорю, что наш преподаватель Марензи охренительно горяч.

Не найдя, что ей ответить, я раздраженно фыркнула и уткнулась в блокнот, пытаясь прожечь дыру в толстом переплете. Незаметно для меня самой, ладони под столом сжались в крепкие кулаки.

«Долбаная Клара!».

На протяжении всей лекции я старалась сосредоточиться на новом материале. Правда, старалась. Изо всех сил. Но все, что у меня по-настоящему получилось – это в деталях вспомнить потрясающий секс в служебной уборной.

Стоило Тони невольно облизать губу – в памяти тут же вспыхнули его поцелуи вдоль моих ключиц, приятные покусывания шеи, влажные следы на коже и его язык, ласкающий мой. Во рту мгновенно пересохло. Сглотнуть и то вышло только один раз, когда в процессе объяснений Тони закатал рукава серого пуловера по локоть, и я буквально ощутила прикосновения его горячих ладоней на своем теле.

Меня окатило дрожью. Никогда не думала, что можно так сильно завестись от какого-то наблюдения. Но сжатые ноги и учащенный пульс говорили об очевидном – я чертовски возбудилась, просто глядя на него. В одежде. В этих облегающих черных джинсах, в которых он прямо сейчас ловко запрыгнул на край своего стола."

"«Черт возьми, да он издевается!».