А она хотела!

Он переводит взгляд на меня.

– Хотела! Если бы нет, то кричала бы и звала на помощь! Кто-нибудь из слуг точно ее услышал бы!"

"Я чувствую себя опустошенным. У меня нет близких людей. Совсем. Я никому не могу доверять.

Молча выхожу из квартиры Данилы, Серый идёт за мной.

– Гром, – говорит он мне уже на улице, – не делай поспешных выводов. И помни: в ней твой ребенок. Какая бы она не была, но ребенок-то твой! Бабы меняются, дети навсегда остаются нашими.

Киваю.

– Может, пока не поедешь к ней? – спрашивает.

Мотаю головой.

– Нет, – говорю твердо. – Надо разобраться до конца. Я не успокоюсь, пока не решу все для себя.

– Понимаю, – Серый хлопает меня по плечу, – сам такой. Ну, давай. Если что, ты знаешь, где меня найти.

ГЛАВА 77. Лея

После лёгкого завтрака поднимаюсь к себе в комнату. Мне нравится гостиная и с удовольствием устраивалась бы с ноутбуком там, на диванах, но мешает страх встречи с Данилом.

Я уже не рискую. Стараюсь не попадаться ему на глаза. Кто знает, что он ещё придумает в следующий раз. Ничего хорошего из случайных встреч с ним не получается. Одни проблемы.

Стою у окна, смотрю на темнеющее небо и подбираю слова. Представляю, с чего начну такой важный и такой сложный разговор с Егором. Как подступлюсь к главному, к фотографиям, которыми угрожает Юлька.

Какие найти слова, чтобы Егор понял? И поверил.

Торопливые шаги… Открывается дверь.

Оборачиваюсь и сразу же понимаю – всё.

Сердце чувствует, стучит, ударами отдаваясь по всему телу, а потом резко замирает в страхе, когда встречаюсь глазами с Егором.

На лице Егора выражение, от которого мне хочется бросится на колени и просить о прощении. Даже при том, что я ни в чём не виновата.

– Егор, я всё тебе объясню, – делаю шаг к нему, пытаюсь сдержать голос, чтобы не срывался.

Но взгляд его холодный, решительный останавливает меня.

– Вчера надо было объяснять.

Он подходит ко мне, хватает за ворот рубашки, притягивает к себе.

– Кто ты, Лея?

– Егор, мне больно.

– Если бы ты знала, как больно мне, – шипит в лицо.

Ужас заполняет сердце. Катастрофа. Всё рушится прямо на глазах. Вчерашние поцелуи ничего не значат по сравнению с тем, что он знает сегодня.

– Это что? – тычет мне телефон.

– Я не виновата.

– Отсосала и не виновата?

С удовольствием палача он произносит эти слова.

– Что ты говоришь, Егор!

Он смотрит долго, жестоко.

– А ведь верил тебе, Лея.

– То, что видно на этом фото, – это не доказательство, – пытаюсь оправдаться я, заранее понимая, что бесполезно. Все мои попытки обречены. – Твой сын воспользовался тем, что я слаба и беременна, и поставил меня на колени.

– И ты встала перед ним на колени? – он спрашивает и с недоверием смотрит.

Я вижу в его глазах отчаянное нежелание верить в мою невиновность.