— Слышала, что Мери училась в одной школе вместе с мистером Диланом, — светловолосая девушка, руками оперлась о подоконник, ближе наклоняясь к второй омеге. — Более того, в одном классе с ним.

— А чего это она тогда обычной горничной работает? Уверена, что мистер Дилан учился в престижной школе. Не для обычных смертных.

— Не знаю. Говорили, что у нее семья обанкротилась. Но не знаю насколько это правда.

— Слушай… А, в принципе, у Мери есть замашки богатенькой. Она может всю зарплату спустить на одно платье или туфли. Еще и такая белоручка.

Постоянно фыркает, если ей дают какую-нибудь грязную работу. И вообще спихивает ее на Джоди или Венси.

— Ой, это вообще бесит, но попробуй ей хотя бы словно сказать и она тут же глотку перегрызет. А все потому, что Мери все позволено. Главный состав персонала ее обожает. А мы так. Лишь мусор.

— Может, попробуем что-нибудь предпринять? — девушка спрыгнула с подоконника, тут же поправляя свою юбку. У всех горничных одинаковая форма, но, порой смотря на них, я думала о том, что юбки слишком короткие.

— Что именно? Ты же знаешь, что в это лучше не лезть. Вокруг Мери уже своя иерархия. Уверена, что она и к мистеру Дилану постоянно ходит. Рассказывает, о том, какие у них были классные школьные времена. Не удивлюсь, если он ее уже трахает. Не просто же так у нее в этом особняке все настолько замечательно.

— Ну, может, и трахает, но тебя он тоже был готов на столе разложить. И, знаешь, на меня мистер Дилан как-то посматривал. Давай, может, попытаемся подавителями скрыть приближение течек. Может, у тебя или у меня получится поближе подобраться к нему.

Если все хорошо продумать, план может сработать.

— Так у него сейчас эта блондинка.

— И что? Она, конечно, своей внешностью на некоторое время заинтересовала мистера Дилана, но, блин, у нее сын есть. Зачем мистеру Дилану чужой ребенок? Думаешь, он будет заниматься его воспитанием? Мы просто заранее уберем нежеланную помеху.

Уловив приближающийся запах, я поняла, что вот-вот сюда кто-то придет. Плюс, эти горничные уже несколько минут не пользовались моющим средством, из-за чего, вполне вероятно, уже скоро учуют меня.

Можно было уходить.

Остановив запись, я положила телефон в карман джинсов, после чего пошла к лестнице. Спустившись на первый этаж, направилась на кухню. Там заварила себе кофе и села за стол.

Из-за гнева даже дышать было трудно.

Был бы рядом Брендон, я бы ему лицо расцарапала за то, что лапает горничных. И уже теперь я была другого мнения насчет прислуги. Мне не хотелось, чтобы мой сын находился в окружении таких личностей.