– Вы – дамский угодник, месье, – проворковала она на ухо Казаринову.

– Только одной дамы, прошу заметить, – хмыкнул довольно Влад и слегка ущипнул ее за нос. – Берем?

– Конечно, – кивнула Элла. – Оно изумительное!

– А в нагрузку, знаешь как при Советской власти, берем наряд трактирщицы, – постановил Казаринов и прошептал заговорщицки: – Я такую фотосессию задумал, Элка! Закачаешься!

– Ты сумасшедший, – хмыкнула она, но возражать не стала. – Хочешь купить это платье, покупай. Только сам его носить будешь!

– Я тебя уговорю, – заверил будущую жену Влад.

А проходя мимо магазина мехов, просто схватил за руку и затянул внутрь.

– Душа требует праздника, – сообщил он Элле. – А какой гульбарий без норковой шубы?

– Ты с ума сошел, Владушка, – жалостливо пробормотала Элла.

– Ничего подобного, – серьезно возразил Влад. – Сама подумай, что ты наденешь сверху?

– Не знаю, – пробубнила Элла и, сделав над собой усилие, вошла в торговый зал. Но примерив пару шуб и посмотрев на ценники, выскочила на улицу.

– Это очень дорого, Влад, – зашептала она. – Я категорически против, чтобы ты тратил на меня столько денег!

– Мне в удовольствие, Элка, – пропел Казаринов, но уговаривать будущую жену вернуться обратно в магазин не стал."

"А следующим утром, совершая пробежку вокруг Чистых прудов, Влад раздумывал, куда из Москвы привезет Эллу и Антошку. К сожалению, между безудержным сексом, заботой о ребенке и подготовкой к регистрации в легендарном загсе не нашлось времени обсудить будущее место жительства. Ясное дело, что дом в Тарнаусе мал для них, как для семьи, а квартира на Миусской совершенно не подходит для ребенка. По большому счету Антошке там даже погулять негде. Парки далеко, а вот главная улица города, вечно набитая транспортом, в пешей доступности.

«Продать квартиру и купить участок в Тарнаусе, – мысленно прикинул Казаринов. – А пока будем строиться, поживем в Элкином доме. Или мать переселить на Миусскую, а самому поселиться в родительском доме. Только вот куда девать Милку с двумя детьми? Продать Кристинин зал для акробатических этюдов и купить сестре квартиру? Или… – он резко остановился посреди аллейки и даже чуть не свалился от этого. – Японский городовой! В Кристиночкином наследстве еще участок имеется!» – воскликнул про себя Влад и тут же осознал, что понятия не имеет, на какие шиши сестра приобрела землю в дорогом районе. А следом накатила безудержная горечь.

«Ничего не хочу. Ни участок, ни зал. Пусть ничего не напоминает о ней. Принять что-то – значит согласиться с тем образом жизни, который она вела. Наследовать шантажистке – самому стать участником сделки, – яростно подумал Казаринов и поймал себя на мысли, что упустил весьма важный факт.