— Киска… — иронично повторила Таня и судорожно вздохнула, чтобы сдержать непрошеные слезы. — Как мило. Теперь все понятно.

Она не желала продолжать бессмысленный разговор и, гордо вскинув голову, направилась к выходу.

— Тань, — позвал Саша, пытаясь исправить ошибку и развеять недопонимание, но она не захотела его слушать.

— Не стоит, — не оборачиваясь ответила и скрылась в темном коридоре.

Саша с трудом поборол порыв броситься вдогонку, справедливо решив, что так будет лучше для всех.

Татьяна вернулась в комнату, без сил рухнула на кровать и уткнулась лицом в подушку, чтобы не разбудить ребенка.

Надрывные всхлипы обжигали горло, слезы нескончаемым потоком лились из глаз и терялись в тонкой материи. Она не понимала, почему плачет, почему ей больно. Ведь Саша ее не предавал, ничего не обещал, они, в сущности, вообще чужие люди, а все что между ними — лишь плод ее фантазии.

Таня казнила себя за то, что, как дура, настроила воздушных замков, обелила все слова и поступки Саши, возвела его практически на пьедестал. Преподнесла себя на блюдечке: «На, бери и пользуйся», а он не захотел… Так мерзко и противно ей никогда не было, хотелось провалиться сквозь землю от стыда.

Сдавленный отчаянный стон вырвался из ее груди, и новый поток слез хлынул на подушку — она же теперь и в глаза смотреть ему не сможет. Как проститутка вешалась на него, напрочь забыв о приличиях. Повелась на реакцию тела, лишь в руках Саши смогла почувствовать себя настоящей женщиной. А теперь посыпала голову пеплом — попробовав запретный плод, как заставить себя забыть его вкус?

Так некстати в памяти всплыл недавний разговор.

— А если меня спросят…

— Соседка думает, что ты моя жена, приехавшая из Москвы.

Пусть так и будет.

— Ты женат?

— Да.

Татьяна задрожала от переполнявших эмоций. Осознание собственной глупости и никчемности неприятно свербело внутри. Как она могла забыть о жене? Чем думала? На что надеялась?

У Саши есть и жена, и киска, а может, еще и не одна, и в этой очереди ей нет места. Да и не хотела она быть одной из списка. Не желала делить своего мужчину ни с кем, но от этого легче не становилось — он не ее мужчина и уже вряд ли когда-то станет таковым.

Лучше постараться все забыть и выкинуть непозволительные мысли из головы.

Невольно она представила его в постели с другой: жаркие объятия, страстные поцелуи — и сердце сжалось от неведомого ранее чувства ревности. Головой понимала, что не имеет на нее права, но ничего не могла с собой поделать. Он успел стать чуточку ее, и с этим как-то придется дальше жить.

Мысли плавно перетекли к его жене. Таня пыталась представить, какой должна быть эта женщина. Наверняка очень красивая и умная.