Наконец, он медленно подошел ко мне, держась за раненное плечо, и хмуро произнес:

- Почему ты пришел сюда без моего приказа?

Я съежилась и очень напряглась.

- Вы были в опасности, - проговорила я тихо. – Я должен был помочь…

- Без моего приказа впредь не шевели даже пальцем, - холодно процедил Рафаэль и повернулся к своим людям, которые как раз бежали в нашу сторону.

-  Сожгите животное, - скомандовал он, а потом, повернувшись ко мне, сказал:

- А мы возвращаемся во дворец…

*     *     *

Вечер. Я сижу в огромном зале за деревянным массивным столом. Со мною более тридцати человек с генералом Рафаэлем во главе. Море вина, еды, музыки (красивая девушка играет на лютне), не хватает только танцев. Мужчины пьют из позолоченных кубков: Рафаэль не поскупился для праздника. Я сижу рядом с ним и страдаю от этого хохота, криков и запаха алкоголя.

На меня, к счастью, пока никто не обращает внимания. Пригибаюсь, прячу лицо, не смотрю никому в глаза. Не хочу пить, ненавижу алкоголь. Иногда, изредка, поглядываю на Рафаэля. Его раненое плечо перевязано, поэтому он держит чашу другой рукой. Лицо его – пьяного – озарено редкостной улыбкой. Какая она красивая – его улыбка! И как он все-таки еще молод, чтобы быть таким прославленным могучим генералом!

Вдруг Рафаэль поворачивается ко мне и ловит мой восхищенный взгляд. Его лицо напрягается, но потом по нему резко начинает скользить пьяная лукавая усмешка, а я становлюсь пунцовой от стыда.

- Братья! – выкрикивает он как-то неестественно дружелюбно, вставая из-за стола и пошатываясь на нетвердых ногах. – Сегодня наш новый брат Ариан отличился… храбростью!  И хотя вид у него, мягко говоря, девчоночий… - в этот момент зал буквально взрывается от хохота, а я стыдливо опускаю взгляд себе в тарелку, - …сомневаться в его мужественности мы не станем, если только… - он сделал многозначительную паузу, -… если только он не откажется с нами выпить!

Воины с криками поднимают позолоченные кубки, а Рафаэль протягивает мне свою чашу, украшенную хризолитами и ониксами и до краев наполненную вином. Я с ужасом понимаю, что мне придется это выпить! О том, чтобы отказаться, даже речи не идет. Это сразу же станет моим смертным приговором."

"Беру из рук его чашу немного трясущимися руками. Чувствую, что Рафаэль неискренен, слышу в его голосе саркастические нотки.  Но начинаю пить… Вино терпкое и очень обжигает горло. Пью до дна и едва сдерживаюсь от подступающей тошноты. Зал взрывается победными криками, а я отставляю чашу в сторону, надеясь, что скоро это ужасное празднование закончится. Мне безумно неуютно. Кажется, что генерал готовит мне очередную подножку.

Через некоторое время мое настроение начинается меняться. Видимо, начинаю пьянеть.