Бейн возвращается в комнату последним. Он призрак этого дома — его никогда не видно, пока его присутствие не становится абсолютно необходимым.

Между моими бедрами собирается жар, когда мои мальчики собираются вокруг меня. Они жаждут меня, как и я их."

"В углу кухни стоит богато украшенный деревянный обеденный стол, а на каждом стуле сидят манекены — их плоть содрана с лиц, рты открыты. В их руках зажата посуда, а посреди стола лежит еще один фальшивый труп, грудь которого разорвана на части. На тарелках, стоящих перед каждым манекеном-каннибалом, лежат части искусственного человека, готовые к употреблению.

Выдвинув один из стульев и отложив в сторону гротескный манекен, Мортис садится на стул. Он любит сперва понаблюдать, нежно поглаживая свой член, чтобы не кончить слишком быстро.

— Кронос, малыш, ты не мог бы убрать куда-нибудь этот труп? — спрашиваю я, указывая на распластанный манекен. Кронос внимает моей просьбе, выдвигает стулья и отодвигает их в сторону, а затем стаскивает манекен со стола.

От нетерпения я заползаю на стол, задницей к ним, выгибаю спину и прижимаюсь верхней половиной тела к прохладному дереву.

Мои соски напрягаются, когда прохладное дерево прижимается к ним.

Тимоти хватает меня за бедра, притягивая к себе, так что мои колени неуверенно балансируют на краю. Затем он отворачивается от меня и опускается на пол, прижимаясь спиной к краю стола, а голову полностью опускает на стол, между моих ног. Потянувшись руками вверх, он снова хватает мои бедра и опускает меня на свое лицо, его длинный язык начинает облизывать всю мою киску.

У меня вырывается стон, и я закатываю глаза, когда его язык изучает меня. Шакал переступает через Тимоти, он крепко сжимает член в руке, направляя головку к моему входу.

Я оглядываюсь на Шакала и улыбаюсь, глядя, как фальшивая кровь стекает из его рта на мою задницу. Его обгорелые пальцы размазывают кровь, смешивая искусственную с настоящей.

Он не разрывает зрительного контакта, погружаясь в меня, его желтые глаза горят желанием. У меня перехватывает дыхание, ощущения мгновенно вызывают дрожь. Шакал откидывает голову назад, из его горла вырывается долгий, но тихий стон. Он всегда такой тихий, но его присутствие — самое громкое.

Его подбородок опускается, соединяя свои глаза с моими вновь, пока он создает устойчивый ритм. Я остаюсь с открытым ртом, выпуская маленькие стоны, которые я не смогла бы остановить, даже если бы попыталась.

Кронос спешит к столу и становится передо мной на колени. Я поднимаю голову и тотчас открываю рот. Я успеваю увидеть его толстый, покрытый венами член, прежде чем он оказывается у меня во рту, едва не задушив меня своей длиной. Стону вокруг его члена, но мой рот слишком полон, чтобы звук мог вырваться наружу.