А разве кто-нибудь посмеет ослушаться Пелагею Джоновну Вельскую?

— Ну как тебе у нас? — тихо спросила у сестры, которую бабушка усадила рядом со мной.

— Я бы сказала — очень хорошо, но слишком переживаю за маму. Ей и так все это время жилось не сладко, а теперь еще и меня нет рядом, — Алейна очень беспокоилась, нервничала, и каждое ее движение подтверждало состояние сестры.

— Алейна, девочка моя, — произнесла бабушка тоном, очень похожим на тот, каким в детстве она меня успокаивала, когда я ревела, разбив коленку, — теперь мы одна семья, поэтому каждый из нас очень постарается тебе помочь.

Девушка рассеянно осмотрела сидящих за столом, и остановила взгляд на Тангире Элвэ. Да, Дарин явно выбивался из череды ее новоиспеченных родственников.

— Дарин Элвэ — мой старинный друг, — ответил легар, проследив за взглядом сестры, — он попросил разрешения официально ухаживать за моей внучкой Алевтиной. И, зная, что она ему симпатизирует, я такое разрешение, естественно, дал.

— Ухаживать? — переспросила Алейна.

О, да! Тут уже я не смогла сдержаться."

"— Попросил. Вот как? Ухаживать, — посмотрела на притихшего мужа, — это, сестренка, значит говорить понравившейся девушке комплименты, дарить конфеты и цветы и, вообще, совершать поступки, способные привести объект симпатии в трепет и восторг.

— И он все это делает? — воскликнула Алейна, потом, видимо, решила, что ее реплики могут кого-нибудь из нас задеть и спешно сменила тему. — Какая ты счастливая, Аля.

Ага, просто купаюсь в счастье и во внимании собственного мужа. Впору на прием записываться, чтобы великий расшан обратил на меня внимание. Дарин прекрасно уловил мое настроение, но с невозмутимым видом продолжил поглощать салат.

— Да, ладно, Алька, повезло тебе с тангиром. У тебя же планида такая — по жизни влипать во всевозможные неприятности, а у него реакция получше, чем у любого землянина и опыт, — проявил мужскую солидарность Погодин.

— Я тоже считаю, что Дарин, весьма достойный молодой человек, — сказала бабушка. Да я разве против? Мне просто внимания хочется и хоть немного простого женского счастья. — У вас-то все хорошо?

Пелагея Джоновна внимательно посмотрела на Стаса и Алейну. Эти двое переглянулись и смутились.

Смущенный Погодин — явление редкое и малоизученное мной, но одно я поняла точно — хорошо у них все. Все так, как должно быть у нормальной пары.

— Где ты разместилась? — поинтересовалась ба у своей второй внучки.

— В боксе у Стаса, — улыбнулась девушка, — Жора переехал к Айе, поскольку она теперь осталась одна в комнате, а мне пришлось освободить покои посла, так как я теперь утратила этот статус.

— Да, место освободилось, — задумчиво произнес дед, — не думал, что Женский Совет Эленмара зайдет так далеко.