Выжав до упора навороченный плоский звонок, я вздрогнул, услышав шаги за дверью.

– Дёмочка, а я без тебя спать не ложилась… – устало улыбнулась жена, обвив мою шею руками.

Глава 19

Я скользнул взглядом по правильным чертам лица, рыжевато-медовым прядям, точеной фигурке, медленно отлепляя от себя Варьку.

– Сказал же, не жди.

– Но, Дём, ты уехал. Я тут совсем одна… – на глаза девушки навернулись слезы. – Зачем мы вообще сюда приехали?!

– Мы обсуждали это сотню раз. Не начинай.

На ходу стянул с себя Володькин костюм и вылез из туфель, оказавшихся на пол размера меньше.

Пальцы на ногах одеревенели, пятки кровоточили. Проследовал в ванную, оставляя за собой жуткие красноватые следы.

– Дём, надо полы помыть! – крикнула жена мне вслед. – Только бы знать еще, где тряпка…

– Ложись спать. Завтра домработница придет и все отмоет, – сухо бросил, захлопывая дверь, после чего прислонился голой задницей к белоснежной древесине, обводя взглядом просторное чересчур освещенное помещение.

Прикинул, что Володькина ванна размером с нашу каморку на цокольном этаже спортклуба.

Жену все устраивало в Березках, а я после смерти бабушки потерял интерес к жизни.

Только Невзоров, приезжающий к матери в поселок, никак не хотел оставить нас в покое, обещая, что жизнь в Москве засияет новыми красками.

Пожалуй, из-за Варькиного упорства мы и затянули с переездом. Такие истерики мне закатывала— мама не горюй, а я лишь прикрывался от всего остального мира её нежеланием ехать, как стальной броней. Меня никто не трогает, и я никого не трогаю."

"Тем более Варька и её брат были первыми, кто поддержал меня после пожара и смерти бабушки.

Андрей Жданов разрешил разместиться на цокольном этаже, обеспечив работой в спортклубе, а его младшая сестра помогала по хозяйству. Первые недели я вообще ничего не видел и не слышал. На автомате выполнял свою работу в спортклубе, а затем возвращался в комнатушку, оставшееся время сверля потолок помутневшим взглядом.

Сперва даже не понял, каким образом Варька залезла ко мне в постель. Потом еще раз. И еще, регулярно оставаясь с ночёвкой.

Как-то раз утром нас застукал Жданов, ну и сразу поставил вопрос ребром: либо женимся, либо разбегаемся.

Мне было холодно и пусто, а Варька хоть немного заполнила кровоточащую дыру в сердце. Да и от мысли, что снова придется остаться в одиночестве, вены в канаты закручивались.

Жениться, так жениться. Почему нет? Правда, была одна загвоздка – все мои документы сгорели в пожаре. Чтобы успеть сыграть свадьбу до холодов, решено было расписаться в ЗАГСе чуть позже, когда паспорт восстановлю. Андрею важно было показать людям, что мы с его сестрой не просто так спим вместе.

Сказано – сделано.