Не потребовалось и года. Вы всегда держали своё слово.

— Упрекаешь меня? — затянувшись, задерживаю горьковатый дым в лёгких. Потом выдыхаю, чувствуя, как напряжение немного развеивается, становясь сизыми клубами дыма.

— Не упрекаю. Констатирую факты.

— Факты? — выбрасываю недокуренную сигарету в урну. — Факты таковы, что я слишком много денег вложил в эту бледную моль, прежде чем она стала редкой яркой бабочкой. Общипанный воробей превратился в райскую птичку! Этот вклад обошёлся мне очень дорого. Я не привык терять свои деньги. Ясно?

— Ценный вклад? — Циклоп поджимает губы. — Да. Конечно. Удачи.

— Слишком много болтаешь!

— Молчать, как Шорох?

— Не до такой степени, — хмурюсь я. — Значит, она уже там, в клубе?

— Да. Сгорает от нетерпения.

— Это навряд ли. Но мне плевать. Главное, что я её хочу!

— Отличный подход! — бодрым голосом хвалит меня Циклоп. Но тон его подразумевает обратное. — Шеф, позвольте дать вам совет?

— Совет? Что-то с нашей безопасностью? — спрашиваю я.

— Нет, — Циклоп мнётся, что само по себе смотрится комично с его ростом и комплекцией. — Совет касательно вашей жены.

— Это что-то новое. Валяй! Я тебя слушаю.

— Кхм… Дайте Эрике то, что она хочет, — неожиданно произносит Циклоп.

— Развод? Отпустить её?! Ни за что! Я всегда получаю то, что хочу. Сейчас я хочу, чтобы Эрика и дальше была моей женой. Так и будет. Точка.

— Вы не так меня поняли, — продолжает Циклоп на редкость разумным тоном. — Дайте ей желаемое, не отпуская. Подарите Эрике возможность пожить отдельно. Успокоиться. Она получит то, что хотела, соскучится и вернётся.

Скептически качаю головой.

— Эрика к вам дышит неровно. Видели бы, как часто она дежурила в коридорах дома. Часами простаивала, думая, что вы лежите при смерти. А вы в это время проворачивали свои делишки… — неодобрительно качает головой.

— Упрекаешь меня? — удивляюсь.

— Не упрекаю. Дайте Эрике вздохнуть свободно, пожить одной. Немного… Я установлю наблюдение. Тихо и незаметно. Отправлю Шороха. В этом деле он лучший. Эрика даже не будет знать, что за ней следят. Рядом в метрах пятисот всегда будет дежурить полная группа. На всякий случай. Ваша жена будет в безопасности, получит, что хотела — свободу. Она соскучится и вернётся. Сама. Без скандалов и принуждения.

— Ты предлагаешь мне ждать её милости? — удивляюсь я.

— Не милости, но…

— Всё выглядит именно так, как будто я буду сидеть попрошайкой у её ножек.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍"

"— Но ножки-то прекрасные! — хмыкает Циклоп.

— Именно поэтому — нет! Не хватало, чтобы ещё кто-нибудь пускал на них слюни. Нет. Действуем по моему плану.