— А твоё лицо кто испортил?

Она тоже была не в самом лучше расположении духа и я это заметил, едва переступил порог дома.

— Свежая пресса, — ответила она лаконично.

Понятно. Она видела эти сплетни о нас. Не совсем-то и сплетни, конечно, но всё равно неприятно.

— Ясно. Я тоже видел.

— Теперь они буду полоскать наши имена постоянно. Скоро у меня начнёт выделяться живот. Все поймут, что я беременна, и грязи станет ещё больше.

— Мне это грозит гораздо большими проблемами, чем тебе. То, что это неприятно — лишь одна сторона медали.

— А что ещё? — посмотрела она на меня.

— Бизнес, Ир, — ответил я просто. — И репутация.

— Ты знал, на что идёшь, приглашая меня жить здесь, — подняла она брови вверх. — Рано или поздно, все бы узнали, что вдова твоего отца и ты…сожительствуют.

— Да, — кивнул я. — Но байка про няню и необходимую заботу для Светы шла очень хорошо, пока в дело не вмешался Астахов. Эта статья, и я уверен, не последняя статья — с его подачи опубликована.

— Да? — нервно заломила она руки. — Откуда ты знаешь?

— Он мне сказал сам, сегодня.

Ира опустила голову.

— И что теперь?

— Я пока не знаю. Но он обещал мне много проблем. Начал со СМИ. Казалось бы, довольно невинная затея, но это всё ударит по моей репутации. Никто теперь больше не верит, что у нас с тобой только деловые отношения ради моей сестры-сироты.

— Прости… — сказала она тихо своим коленям. — Я не хотела тебя в это всё втягивать.

— Поздно. Ты меня уже втянула. Никогда не думал, что буду защищать тебя.

Зелёные глаза опять уставились на меня.

— А почему это делаешь? Ради ребёнка?

— И это тоже, — кивнул я. — В конце концов, мужик я или кто? Что ты мне предлагаешь? Спокойно сидеть и смотреть, как это урод тебя оскорбляет?

Она промолчала, нервно дёрнувшись.

— Я знаю, о чём ты подумала. Что я сам также поступал с тобой. Это разное.

— В чём разное? — спросила она.

— В том, что я не считаю себя святым, и что такое поведение — это нормально. Я козёл, и я это знаю. В отличии от…

Ира снова ничего не ответила. Для неё мы оба — из двух зол меньшее. И хоть она и говорит, что неравнодушна, я не чувствую, что она доверяет мне полностью и готова простить то отношение, которое было до недавнего времени.

— Придётся нам спасать мой бизнес, милая, — посмотрел на неё. — Мы теперь с тобой в одной упряжке. Я помог тебе, а теперь тебе придётся помочь мне.

— Каким образом спасать?"

"— А ты подумай сама, — усмехнулся я. — Ты права. Скоро будет виден живот, и всем будет очевидно, кто причина его появления. И заставить всех заткнуться, перемыв нам кости по поводу грандиозного события, можно только в одном случае.

Ира встретилась взглядом со мной. Она понимает, о чём речь.

— Свадьба, — произнесла она негромко.

— Да, — закивал я.