— Соли мало было, — кивнул Артур.

Повернулся к столу и заметил мою скромную тарелочку с двумя бутербродами.

— Даже не думай, чтобы лишить меня еще и завтрака! — не выдержала я.

Попыталась спрыгнуть с подоконника и физкультурника оттолкнуть, но это было то же самое, что пытаться сдвинуть бетонную плиту. В итоге я оказалась зажата его ручищами и прижата к его груди.

— Отпусти меня, — завопила я.

Тут же ладони разжались, а огромные ручищи Артур развел в стороны и даже сделал шаг назад.

— Маленькая, а шумная, — неодобрительно покачал он головой.

Его глаза сверкнули, а Артур снова покосился на мои бутерброды и азартно предложил:

— Наперегонки? Кто первый, тот и сытый?

И дернулся к столу. Я за ним, перехватывая на лету его руку с уже зажатым в ней бутербродом.

Не выдержала, протянула руку, схватила пальцами его губы и выпалила:

— Закрой рот с той стороны!

Артур смешно захлопал глазами, не делая попыток вырваться или избавиться от моей руки. Но глаза его смеялись.

Мы так и стояли: он, хлопающий длинными ресницами и сделавший губы «уточкой», и я, закрывающая ему рот и со всей силы сжимающая его запястье. Увы, длины пальцев не хватало, чтобы обхватить его полностью."

"— Положи бутерброд на место, и никто не пострадает, — потребовала я.

Физкультурник на мгновение прикрыл глаз и медленно положил бутерброд на тарелку. Я же отдернула руки так, словно его кожа раскалилась добела и обжигала.

Сделала шаг назад, подвинула к себе завтрак и заметила, как дрожат его плечи.

— Тебе плохо? — почему-то испугалась я.

Ну, может, у него судороги от голода?

— Да. Вот здесь горит.

Физкультурник нагло схватил мою ладонь и положил себе на грудь.

— Горит? — переспросила я.

— Пылает!

— Это изжога, — уверенно решила я. — Так бывает, когда воруешь чужое.

Я снова одернула руку и покосилась на бутерброды. Аппетит пропал, но отдавать свой завтрак нахалу не было никакого желания.

— Бессердечная ты, Малинка, — припечатал меня Артур. — Я, может, расстроен и есть хочу.

— Чем ты с утра расстроен? — не поверила я, — тем, что вокруг полно еды, но вся чужая?

— Язва в очках, — закатил глаза Артур.

— Физкультурник и обжора!

— Малинка, хочешь, я тебя ругаться научу? — радостно предложил Артур, — или целоваться? Ты целоваться умеешь? А парень у тебя есть?

— Есть! — рявкнула я, поправляя очки на носу, подумала и добавила, — два!

— Приехали сандали к Мите… Заучка, куда тебе два-то? Захапала сразу двоих и рада. А там, может, какая-нибудь Маша в одиночестве вечера коротает, пока у тебя двое. Жадина.

Я открыла рот. Закрыла и почувствовала, как запылали мои щеки.

— Ужас. Я думал, ты приличная девушка, ухаживать хотел, а у тебя двое, — продолжал бурчать Арт.

Я была близка к истерике, а из уст вырвался нервный смешок.