И верный друг Василий мчал молодых в аэропорт, нарушая правила дорожного движения, превышая скорость и проскакивая на мигающие светофоры. Молодожены на рейс успели, удивляя прохожих своим внешним видом: шикарным свадебным платьем под белоснежным пальто и строгим черным смокингом с белоснежной бабочкой.

Оказавшись в самолете и заняв свои места в бизнес-классе, Соколова, теперь уже Черепанова, звонко рассмеялась, а Гера покачал головой, улыбаясь. И когда самолет взлетал, Ленка, крепко сжимая руку мужа, ласково смотрела в его колдовские глаза. А он, горячо и нежно любимый и любящий муж, в ответ нежно перебирал ее пальчики, на одном из которых ярко поблескивало обручальное кольцо. И слова в этот миг были лишними. Их взгляды, обещая безоблачное будущее и купая в ласке, любви и нежности, говорили друг с другом без слов.

Эпилог"

"Счастье

Я знаю: пройден путь разлуки и ненастья,

И тонут небеса в сирени голубой,

И тонет день в лучах, и тонет сердце в счастье…

Я знаю, я влюблен и рад бродить с тобой.

Да, я отдам себя твоей влюбленной власти

И власти синевы, простертой надо мной…

Сомкнув со взором взор и глядя в очи страсти,

Мы сядем на скамью в акации густой.

Да, обними меня чудесными руками…

Высокая трава везде вокруг тебя

Блестит лазурными живыми мотыльками…

Акация чуть-чуть, алмазами блестя,

Щекочет мне лицо сырыми лепестками…

Глубокий поцелуй… Ты — счастье… Ты — моя…

Владимир Набоков

Проснувшись после бессонной рабочей ночи и не обнаружив рядом в постели жены, Соколов, натянув первые попавшиеся шорты, отправился на ее поиски. Преодолев почти бесшумно небольшой коридорчик на втором этаже и заглянув через приоткрытую дверь в детскую, Поликарп спустился на первый этаж. Как он и предполагал, Василечек нашлась на кухне. В длинной рубашке с подвернутыми рукавами, с высоким хвостом светло-шоколадных волос, собранным на макушке, она казалась озорной хулиганкой. Подойдя вплотную со спины, Поликарп обвил любимое тело руками, чуть приподнимая ладонями край рубашки.

— Проснулся? — улыбнулась Забава, по привычке откидывая голову чуть назад и упираясь затылком в плечо мужа.

— Угу, — тихо рассмеялся Соколов, водя носом по плечу и прикусывая нежное ушко, — Не могу спать, когда ты не храпишь под боком.

— Это было один раз! — громким шепотом возмутилась Забава, — Я тогда простыла! И я не храпела, а громко сопела!

— Какие мы грозные, — посмеивался Соколов, — Шикарный аромат!

— Решила испечь блинов на завтрак, — сменила гнев на милость Соколова, — Пока мои любимые мужчины спят.

— Один твой любимый мужчина уже проснулся, — посмеивался Поликарп, — Но я не о блинах. Я тут чего подумал, а поехали в отпуск? Ну, правда. Парня оставим с родителями. Вчетвером справятся. И Даринка поможет.