Я тут же вспомнила странный взгляд, который ощутила в тот единственный раз, когда мы ужинали в доме Святого. Тогда я первый раз услышала голос Тьена. Правда, сначала я не знала, что со мной говорит Тьен. Его кровь пробудила во мне темную магию и дала способность говорить с демоном.

— Он нам письмо прислал, – нехотя признался Шон. – Просил обращаться, если понадобится, и что он три дня будет здесь. Сегодня он должен уехать, а неприятности все еще не наступили, даже странно...

— Что ему нужно от нас? – спросила я. – Это же он нас из дома выставил.

— Вот именно, – поддержал брат. – Он всю жизнь объяснял,что от нас одни проблемы. Теперь то ему что от нас нужно?

— Браслет, – напомнил Ястер.

Стэндиш покачал головой:

— Ваша мать носила его всю жизнь. И многие считали, что Фиррем купил его, как и вы. Но барон мертв. И не только он. Все, кто охотились за браслетом, мертвы.

— Гуасин, – напомнила я. – Он знал, что браслет в шкатулке, просто не смог ее открыть.

— Но он не знает, что его украла ты, – напомнил Святой.

Я скрипнула зубами и призналась:

— Аккеро знает. Он нашел следы моей магии, но не дал делу ход.

Винсент добавил:

— И сегодня он вернулся в город.

Стэндиш мрачно зыркнул на него:

— Откуда знаешь?

— Мы с Шияссой встретили его в Академии. Это именно те личные дела, о которых он говорил?"

"Последние слова были обращены ко мне. Я отвела взгляд и кивнула. Своим товарищам об угрозах Аккеро я не рассказывала. Надеялась, что следователь не вернется, или я успею покинуть город до его возвращения. Ястер словно прочитал мои мысли:

— Нужно убираться из города, пока Аккеро не сдал ее Гуасину, или не запросил чего-нибудь за свою помощь.

Мне ничего не оставалось, кроме как согласиться с ним. Уж я-то знала, что он запросит за помощь. Аккеро – единственный человек, который с первой встречи видит во мне в первую очередь красивую женщину... То есть, красивую девушку. Которая перед ним теперь в долгу.

Стэндиш смерил меня раздраженным взглядом, но ничего не сказал. Тьен толкнул носом мою ладонь, и я рассеянно почесала пса за ухом. Охотник скользнул взглядом по довольной морде питомца и перевел разговор на другую тему:

— Вы говорили с ректором?

Мы с Винсентом переглянулись, и юноша коротко пересказал Святому разговор с господином Дуэем. Охотник ругнулся сквозь зубы.

— Я поехал к Бейтану, – сказал он. – Доложу ему о происходящем. К вашему дяде надо бы приставить слежку. Впрочем, возможно, он уже сделал это. Сидите тихо, не высовывайтесь в город, готовьтесь к испытанию. Я постараюсь присутствовать.

После этого он ушел. Тьен прошелся холодным языком по моим пальцам на прощание и потрусил вслед за хозяином. Только тогда я поняла, что мы не рассказали Стэндишу о предупреждении Ильрема.